«Харгейса» сыграла в судьбе Бриганы-3 очень важную роль, но потом вооруженный транспортный корабль вынужденно отошел на второй план, не выдержав конкуренции с появившимися в нашем флоте настоящими боевыми кораблями. А ведь в сражении за Лиганду-4 «Харгейса» фактически принесла нам победу. Конечно, немалую роль в том бою сыграли и впервые примененные нами фантомы крупных кораблей, но точку в разгроме эскадры Роя тогда поставили ракетные сборки «Сюрикен», выпущенные из трюмов «Харгейсы». Вот теперь я, наконец, понял, что заставило меня дернуться при упоминании первого межзвездного корабля Бриганы-3.

Задумавшись, я даже на заметил, что после слов Лиса в кают-кампании «Барракуды» повисла тишина. Полковник Мин и Чжао Вэй внимательно смотрели на меня. Видимо, выражение моего лица подсказало им, что сейчас меня лучше не отвлекать.

— Отличная идея, господин полковник, — медленно кивнул я Мину. — Вот только, пожалуй, я её немного дополню. Призрак, сколько «Сюрикенов» мы можем собрать, если выгребем все запасы, оставив для обороны планет и пустотных объектов лишь самый минимум?

— Ну, если изъять все запасы с Бриганы-3 и хорошенько потрясти лягуров, то тысячи полторы наберется, — в голосе Призрака я услышал нотки сомнений. — Вот только вряд ли наши союзники будут рады такой перспективе.

— Лирт Кангайгл — очень умный и дальновидный политик, — ответил за меня полковник Мин. — И что-то мне подсказывает, что он не откажет танту Ричу в его просьбе. Я пока не знаю, зачем нашему командующему понадобились в таком количестве эти чисто оборонительные системы, но более чем уверен, что убедить главу лягуров в необходимости поделиться «Сюрикенами» он сумеет.

Дальний разведчик «Ифрит» уже сутки висел в пустом пространстве между орбитами пятой и шестой планет двойной звездной системы, принадлежавшей когда-то расе лягуров. Здесь Рою удалось восстановить две верфи. Ещё недавно на них строились боевые корабли, но теперь их стапели были заняты созданием совсем других изделий. Ближайшая к «Ифриту» верфь только что завершила строительство сегмента корпуса линейного корабля, и сейчас его аккуратно выводил в открытый космос буксир, являвшийся точной копией трофейного «Кузнеца».

Экипаж «Ифрита» вновь состоял из трех человек. Теперь к Амиту и Стиву присоединился один из инженеров Томаса Флу. Новый сканер оказался довольно капризным устройством, требовавшим постоянной настройки и сложного обслуживания, что, впрочем, полностью окупалось его запредельными характеристиками и уникальными возможностями.

— Командир, буксир Роя приступил к набору скорости, — доложил Стив.

— Параметры вектора разгона зафиксированы, — сосредоточенно произнес инженер Зильберман, внимательно вглядываясь в ничего не говорившие Амиту символы, быстро сменявшие друг друга в нескольких окнах, открытых на большом виртуальном экране. Инженер постоянно вводил с клавиатуры какие-то поправки, после которых танец символов в объеме экрана слегка видоизменялся, но понятнее от этого не становился.

Новый сканер явно был еще очень сырым и крайне сложным в эксплуатации, но времени на его доводку Марк Рич инженерам не дал. Зильберману ещё повезло, что он оказался на борту «Ифрита». Здесь у него хотя бы была возможность работать в человеческих условиях, а вот его коллеги, попавшие вместе со своим оборудованием на корабли-разведчики лягуров, оказались в куда более сложной ситуации. Жить и работать им предстояло в условиях тропической жары и высокой влажности. Союзники, конечно, постарались создать людям более или менее приемлемые условия, но неудобств, причем взаимных, представители двух разных рас, оказавшиеся вместе в не слишком просторных отсеках совсем небольших кораблей, создали друг другу немало.

— Приступаю к разгону, — предупредил Зильбермана Амит Кулкарни. В прыжок «Ифрит» должен был уйти почти сразу после буксира, намертво вцепившегося в свой груз.

— Захват цели стабилен, — ответил инженер, продолжая свои непонятные манипуляции с консолью управления сканером. — Характеристики сцепки рассчитаны. Отклонения в пределах допустимых значений.

Амит испытывал странное волнение. Это был далеко не первый и уж точно не самый опасный из его разведывательных рейдов, но сейчас на кону стояло слишком многое, а аппаратура, над которой совершал какие-то шаманские действия и чуть ли не плясал с бубном инженер Зильберман, много повидавшему разведчику особого доверия не внушала.

— Минута до ухода цели в прыжок, — судя по голосу Стива, ему тоже передалось напряжение командира.

— Всё пройдёт нормально, господа военные, — инженер на секунду оторвался от своих манипуляций и окинул взглядом экипаж «Ифрита». — Леви Зильберман таки знает, что делает. Марк Рич, стоит отдать ему должное, придумал совершенно мозголомный алгоритм сканирования, а те шлимазлы, которые всё это собирали, запутали схему еще сильнее, но Леви Зильбермана для того и послали на ваш корабль, чтобы этот агрегат таки заработал.

— Не отвлекайтесь, господин инженер, — едва заметно улыбнулся Кулкарни.

К манере Зильбермана иногда переходить на немного странный выговор и необычный порядок слов экипаж «Ифрита» уже привык. Обычно при этом инженер ещё и начинал говорить о себе в третьем лице. Сперва это казалось Амиту довольно странным, но потом он заметил, что этот прием Зильберман применяет в моменты, когда нужно разрядить обстановку, и, что интересно, такое нехитрое средство оказалось вполне действенным.

— Десять секунд… — начал отсчет навигатор. — Пять… Цель совершила гиперпереход!