Шрифт:
Блядь… почему я об этом думаю? Вышла же на террасу покурить и успокоиться. Но не успокаивается мне.
За спиной чужие шаги. Я напрягаюсь. Сердце как ошалелое стучит в груди. Пофиг кто пришёл, я сейчас докурю и уйду.
Шаги замолкают. Но я уже по запаху знаю, кто стоит за спиной.
Вынимаю из айкоса использованный стик, не глядя сую его в сумку.
Глубокий вдох. Подбородок повыше, улыбка пошире. Похер на тебя, Потоцкий. Я просто сейчас пройду мимо.
Оборачиваюсь. На него почти не смотрю. Иду мимо. Но на запястье смыкаются пальцы, кожу жалит как крапивой.
– Стоять, – его рык.
– Отпусти, – с писком выдавливаю я.
Тянет к себе. Впечатываюсь в его грудь.
– Не надоело от меня бегать? – его дыхание щекочет кожу.
– Я ни от кого не бегаю. Тебе показалось.
Ухмыльнувшись, обхватывает двумя пальцами мой подбородок:
– На меня смотри. В глаза, Настя.
Сглатываю. Мысленно ругаю себя за трусость.
– Что ты хочешь? – смотрю в глаза, они затягивают как в омут. И почему они такие, млять, красивые?
– Тебя. Всю.
Глотаю истерический смешок.
Руками упираюсь в его грудь. Попытка вырваться проваливается на первых секундах. Скала, а не мужик. Хрен сдвигается с места.
Кулаком легонько по его плечу.
– Пусти.
– Тебе со мной понравится, – желваки на его скулах ходят ходуном.
Ещё раз кулаком по плечу, но уже сильнее.
– Пусти, иначе я буду орать.
– Подо мной ори сколько хочешь.
– Что? Ты дурак? – закатываю глаза.
– Насть, я же сказал, что развожусь.
– И что? Мне как бы пофиг. Вот здесь, – прикладываю ладонь к своей груди, – ничего не ёкает.
– Не пизди.
– Не ругайся матом. Мне это не нравится.
Шумный вздох. Его губы поджаты. Смотрит на меня пронзительно. Раздевает глазами. Взглядом скользит по шее и ползёт вниз к вырезу на платье.
– Я готов обсудить условия.
– Какие условия?
– Наших отношений.
– Ты ненормальный.
– Я в курсе.
– Пусти, пожалуйста, Дань. Правда… Ты же видишь, я пришла не одна.
– Чтоб больше не видел тебя с этим додиком. Или сломаю ему ноги.
– А ты не охуел?
– Теперь ты ругаешься. Мне это тоже не нравится, – руку опускает на бедро, ведёт ладонью вниз. Накрываю его ладонь своей ладонью. Блокирую. – Хватит бегать от меня, дурочка. У меня же к тебе всё серьёзно.
– Я тебе не верю, – вылетает из меня раньше, чем я успеваю про это подумать.
Глава 8
Сбежав от Потоцкого, возвращаюсь в зал ресторана. Игнорирую бешеный стук сердца и как ни в чём не бывало незаметно под столом переплетаю наши с Сашей пальцы в замок. В ответ Санёк прижимается губами к моему виску.
Рядом с ним я успокаиваюсь. Всё ок. Никто ничего не понял. Я сейчас ещё немного выпью шампанского и про всё забуду.
– Нальёшь? – киваю Саше на пустой бокал, с нетерпением жду, пока он его наполнит.
Потоцкий входит в зал. Демонстративно садится напротив. Делаю вид, что мне нет до него никакого дела. Пью холодное шампанское.
От пристального взгляда Данила хочется сползти по стулу вниз и спрятаться под столом, а ещё лучше куда-нибудь сбежать от греха подальше.
Нет, я понимаю, что на самом деле мы с Потоцким никогда не были друзьями. Просто десять лет держали дистанцию. Но теперь, когда они с Людой разводятся, Данил рушит ко всем чертям сложившуюся за долгие годы так званую френдзону.
Я стараюсь не загоняться. Не думать про это, но не выходит. Этот незакрытый гештальт всю душу мне наизнанку выворачивает. Потому что на самом деле я ничего не забыла, уверена – он тоже. В прошлом нам было вместе хорошо, сейчас может быть не хуже, только я больше ничего не хочу.
– Потанцуем? – предлагаю Саше и когда он соглашается, крепко держу его за руку. Пусть только не отпускает, иначе я без него пропаду – нутром чувствую.
Заняв место посреди импровизированного танцпола в центре зала, я кладу ладони на плечи друга. Двигаю бёдрами в такт музыки.
– Мне показалось или тот мужик на тебя как-то странно косится? – говорит Саша, наклонившись к моему уху. Делаю вид, что не понимаю, о ком он. – Тот, что напротив сидел.
Сжав челюсти, шумно выдыхаю через нос.
Хреново. Если Саша заметил пронзительный взгляд Потоцкого, то могли заметить и все остальные друзья. А они, в отличие от Саши, более догадливые.
– Я ему денег должна. Год назад заняла на открытие фотостудии, всё никак не отдам.
– Тогда понятно, почему он так пялится. Я конечно не олигарх, но могу помочь, если что. О какой сумме идёт речь?