Дракалес, как и в прошлый раз, не стал укреплять их тела, чтобы повышались их физические возможности. Он лишь усиливал боевой дух. Поэтому все трудности местного рельефа они преодолевали сами своими силами. Поэтому, когда восходить было особенно сложно, воители начинали напевать боевые песни, чтобы отвлечься от трудностей и продолжить восхождение. Из-за чего ваурд стал больше уважать этих существ. Да, они оставались всё такими же слабыми. Да, это пение виделось в его глазах как нечто несуразное. Однако несуразным оно было лишь для него. На деле же это помогало людям. Они не обращали внимание на тяжесть своего положения и шли вверх, несмотря на усталость. Ему нравилось то, что они нашли средство, как вопреки своей природной слабости достигать поставленных целей. Это было очень достойно. А ещё он видел, что привалы делались очень редко и проходили очень быстро. Иной раз они совсем не спали и чувствовали себя очень даже бодро. И всё это, опять же, без физических усилений Дракалеса. Все эти слабости они могли преодолевать собственными силами. Ваурд полагал, что оказался прав — дух спокойствия этого мира довлеет над этими существами, и они становятся слабее. Поэтому, если наградить их постоянным духом войны, если здесь образовать самый настоящий Атрак, тогда они смогут превратиться в воителей, таких, какие будут побеждать, а не просто выступать в роли отвлекающего манёвра, которыми не жалко и пожертвовать. Взялся бы Дракалес лично тренировать их, однако сейчас лучше использовать всё это время на продвижение по местности. Но это ни в коем случае не означало, что это время нельзя использовать для устных наставлений. Теперь, вместо того чтобы безмолвно созерцать за движением звёзд в ночном небе, он присоединялся к трапезе и рассказывал воителям, как они могут стать ещё лучше и ещё сильнее. Также он позволял им задавать различные вопросы, которые обычно интересуют людей, которые знают Дракалеса: «Что из себя представляет Атрак?», «Какого это, быть ваурдом?», «Что надо для того, чтобы стать таким, как Дракалес?» и прочее в том же духе.

Адину нравилось, как всё складывается. Наступление идёт полным ходом, воинство в приподнятом настроении, Дракалес удовлетворён ребятами. Даже Асон стал реже прикладываться к своей бутылке, которую он захватил.

Прошло чуть больше десяти дней. На протяжении всего этого пути они встречали множество маленьких поселений, которые предназначались для ведения горнодобывающих работ. В одном из них устроили привал воители Адина. Как и следовало ожидать, шахтёры, что проживали тут, были на редкость мерзкими людьми. Ещё бы, они занимались добычей самого ценного, что есть в Западной стране — руд и минералов. Конечно же, они больше всего радели за свою добычу, как будто бы в конце рабочего дня всё это достанется только им одним, как будто бы Гамиона и не существует. Адин не держал на них злобы и не испытывал к ним мерзкой неприязни, ведь он понимал, из-за чего они такие. А потому желал поскорее одержать победу.

Также им то и дело попадались сторожевые заставы на возвышенностях, в отношении которых Дракалес посоветовал не обращать на них внимания, потому что сражение с лучниками, которые заняли эти стратегически выгодные позиции, может затянуться надолго, из-за чего будет потрачено много времени, а польза от этой точки будет весьма сомнительная. Поэтому захватчики обходили такие места как можно дальше, стараясь держаться под прикрытием холмов и гор. Так, петляя от вышек, они продлили себе путь ещё на пару дней.

И вот, в ночь на четырнадцатый день их путешествия, Терлатур, наконец-таки, показался на горизонте. С севера и востока его окружала горная гряда, которая служила естественной защитой этого города, причём такой, что никакая крепостная стена не сравнится с этими горами. Ну и, конечно же, остальную часть обороны составляла та самая каменная стена. Адин помнил все донесения, которые приходили в отношении этого города, а потому знал, что стражников там не очень много. Скорее всего, это обусловлено тем, что жители этого города рассчитывают на естественную преграду, что город нужно оборонять только лишь с двух сторон света. И это даже хорошо. Придётся иметь дело не с таким сильным сопротивлением. Адин посоветовал всем хорошенько отдохнуть и выспаться перед грядущим сражением, ведь завтра штурм и начнётся. А, если они всё сделали правильно, завтра же он и закончится.

Дракалес забрал у них свой дух, так что их больше не подгоняло желание сражаться, и спокойная аура этого мира тут же завладела ими, так что вскоре они все уснули. Даже Асон принял свою дневную дозу хмеля и забылся сновидениями. Адин тоже собирался присоединиться ко всем, однако в его голове было слишком много мыслей. Как предводитель этого отряда, он пытался обдумывать каждый шаг, сделанный и который ещё предстоит сделать. Поэтому, немного поворочавшись в своей постели, он поднялся и присоединился к Дракалесу, который, как всегда, глядел в даль, туда, где вырастал город, и любовался звёздным небом. «Не понимаю, как Асон может в такое время спать? — начал разговор виран, — Сдаётся мне, его совсем не интересует, победим ли мы на рассвете, или впустую отдадим свою жизнь» «Содержимое бутылки мешает его здраво мыслить» — отвечал ваурд. Адин немного призадумался и ответил: «Да уж. Я его совсем не узнаю в последнее время. Почему он становится таким?» — «Всё это произошло для того, чтобы я занял его место» Чуть призадумавшись, виран отвечал: «Не может быть. Скорее, наоборот, ты займёшь его место, потому что это всё происходит» — «Если тебе от этого легче, пусть будет так. Просто мои учителя поставили передо мной цель — когда я удостоюсь чести стать твоей правой рукой, тогда мой путь познания себя завершится. И я стану истинным богом войны» — «Ну, в таком случае я спешу тебя заверить, что ты уже и так моя правая рука. Самые лучшие боевые советы даёшь ты. Самую лучшую тренировку моих воителей устраиваешь ты. В бою самый сильный боец опять же ты» — «И мне отрадно это осознавать. Но генерал Асон, насколько я знаю, твой друг» — «Да, друг. Мы с ним через многое прошли. И я не хотел бы, чтобы он закончил вот так» — «Каждый сам избирает себе путь. Таково решение этого человека. И ни одно существо не сможет повлиять на это решение, только он сам» — «Что верно, то верно» Далее их разговор перешёл в обсуждение грядущей тактики сражения. Но ничего нового в этих словах не было. Просто Адину ещё раз нужно было услышать, что он всё сделал правильно и завтра они победят. После того, как все аргументы закончились, виран пошёл спать. Или же наоборот, эти самые аргументы закончились, потому что он захотел спать. Во всяком случае, то, что виран перед грядущим штурмом будет свеж и бодр, однозначно, хорошо.

И вот, светило ещё не успело показаться из-за горизонта, как звучит призыв подниматься. Однако этот призыв издаёт не Адин, а его генерал. Проснувшись раньше всех, он увидел, что занимается заря, а потому решил разорвать сон своих воителей. Адин просыпался нехотя, ведь спал меньше всех. Но, когда все были готовы, Дракалес вновь одарил их своей силой, так что все оживились и скинули свои последние остатки сна. После того, как построение было завершено, виран и генерал прошлись по рядам, осматривая каждого и говоря напутственные речи, а после этого прозвучала команда выдвигаться, и все стройным маршем зашагали в сторону Терлатура. Кто-то вновь начал боевую песню, и весь хор тут же подхватил её.

Когда полетели первые стрелы, Дракалес понял, что пора действовать. По его незримому велению были вызваны Алас и Ятаг, которые впустили в этот мир частицу Атрака. Сердцами воителей завладел боевой раж, и они все устремились за багровым исполином, который мчал на этот город впереди всех. Как и в прошлый раз, он со всего размаху ударил в главные врата, после чего створы улетели вглубь города, открывая проход для всех воителей. А те, даже не запыхавшись, продолжили вторжение. Ваурд внутрь не пошёл, потому что его участия там не нужно было — люди, осенённые частицей Атрака, справятся и сами. Он остался у ворот, давая своим союзникам возможность сражаться всласть. Как и в тот самый день, когда они штурмовали Вальдэр, ваурд не позволил использовать мощь Атрака на протяжении всего сражения. Он полагал, что победа, полученная собственными силами, будет цениться больше. Бог войны знал, что они способны одержать победу и без его поддержки — достаточно лишь его знаний. А потому не сомневался в том, что этот город будет взят.

Так оно и случилось. В тот миг, как начало вечереть, было объявлено об окончании сражения. Дракалес двинулся на центральную площадь, чтобы повидаться с победителями.

Что ж, вот так вот ещё один оплот в Западной стране был взят. Теперь, когда ваурд понял, как помогать этим людям, а, в свою очередь, они научились полагаться на него, победить не составило труда. Ни пересечённая местность, ни тактическое преимущество противника, ни его крепостные стены не могли удержать мощь воителей, ведомых богом войны.