– Может, он передумал и забрал подсказку, – предположил Бергер. – Или вернулся и забрал ее потом.

– Нет, она где-то здесь, – настаивала Блум. – Продолжаем искать.

Время шло семимильными шагами. Лес над пляжем оказался на удивление густым, над ландшафтом сгущались сумерки, усиливавшиеся плотными облаками. Блум осматривала часть леса, напоминающую лесок на Фэрингсё, где они обнаружили скворечник. Бергер же отходил все дальше на периферию. Он прошел мимо валуна, нашел пластиковую бутылку, но она оказалась пустой. Бергер буквально сканировал каждый квадратный сантиметр. Ничего.

Блум решила углубиться в лес. Она достала фонарик, начала светить вокруг себя в поисках непонятно чего. Но как только она это увидит, она сразу же поймет – что это то, что нужно.

Резко стемнело. Бергер заметил свет от фонарика Блум и включил свой собственный. Два световых конуса блуждали по густому сумрачному лесу подобно светящимся рыбкам в глубинах океана. Это продолжалось так долго, что время, казалось, остановилось. Десяток многообещающих находок принес лишь еще большее разочарование: в старом пакетике из-под мармелада даже лежала палочка, формой напоминающая флэшку.

Порывшись в заплесневелой губке для мытья, Блум с отвращением откинула ее подальше. У самой тропинки Бергер нагнулся и выковырял что-то из песчаной почвы. Какой-то резиновый колпачок, такие бывают снизу на тростях. Бергер вспомнил слово: наконечник. Заглянув внутрь, он увидел, что там пусто. Громко выругавшись, он схватился за ближайший ствол, чтобы подняться. Несмотря на одноразовые перчатки, поверхность наощупь была слишком гладкой и слегка липкой. Бергер посмотрел на дерево, ничего не увидел. Тогда он посветил на мшистый квадрат земли, обрамляющий дерево. Поскреб мох, который показался ему… искусственным? Внизу мелькнуло что-то белое. Бергер поскреб еще, на этот раз фонариком. Понял, что перед ним старая кабельная муфта. Когда-то здесь было проведено электричество.

Или нет.

Он принялся копать интенсивнее, вынул шуруп. Нашел подходящий ключ на своей связке отмычек. Отвинтил крышку муфты и чуть не вскрикнул.

К тому времени самые мрачные тучи рассеялись. Блум снова искала на берегу, когда Бергер выскочил из леса. Он что-то держал в руках.

Пластиковую колбу с синей крышечкой.

Блум с силой сжала кулак, присела на корточки и включила ноутбук. Бергер устроился рядом.

Небо прояснилось. Абсолютная тишина соединилась с подступающими сумерками. Безветрие, тишина – затишье перед бурей.

Блум вставила флэшку в компьютер. Как и в прошлый раз, на экране появилась единственная иконка – видеофайл. С похожей записью.

Снова беззвучная поездка на машине. Нарезки с какой-то неизвестной дороги. Эта запись, похоже, была смонтирована не в хронологическом порядке. Половина фрагментов – скорее городская дорога с более интенсивным движением, другая половина – сельская местность, все вперемешку. Пришлось просмотреть файл два раза, прежде чем Блум с Бергером разглядели пару указателей. Много времени ушло и на то, чтобы остановить запись в нужный момент, чтобы прочесть текст на табличках.

– Там написано Ракста? – спросил Бергер.

– Кажется, да, – ответила Блум. – А второй указатель? Спраггарбуда?

– Не то чтобы мне это о чем-то говорило…

Пальцы Блум забегали по клавиатуре. И замерли.

– Это два разных места, – сказала она.

– Побережье Руслагена и что еще? Остров Тюресё?

– Похоже на то, – подтвердила Блум. – Все это слишком не точно. Оба отрезка пути слишком длинные. Даже если бы он был один – без шансов.

– Но почему два места? – не мог успокоиться Бергер. – Два трупа? Два убийцы? Он не один? И это только начало какого-то страшного дерьма?

Почесав голову, Блум воскликнула:

– Понятия не имею.

До пятого июня оставалось несколько часов.

Бергер смотрел на карту Стокгольмского лена. В эллинге было темновато. Небо продолжало затягивать тучами, но настоящее ненастье медлило – словно природа ждала пятого числа. Оставалось уже совсем не долго.

Бергер включил свет и уставился на два новых крестика, которые он только что нарисовал красным фломастером. Они располагались вдали от начерченных ранее дорог. И оба крестика – рядом с длинными, изрезанными береговыми линиями.

– Ракста и Спраггарбуда, – произнес Бергер вслух. – Можно вычислить, по каким он едет дорогам. Но в этот раз запись обрывается до того, как убийца окажется на берегу, поэтому невозможно определить, где он положит очередной труп – или трупы. У нас есть районы – побережье Руслагена и Тюресё – но как, черт возьми, подобраться ближе? Ведь если действовать, то сейчас.

Блум сидела, не отрывая взгляда от своего монитора. Облако ее светлых волос казалось какой-то электрической аурой, словно ее подключили напрямую к компьютеру.