На лестницу, ведущую к моему месту засады, влетела хрупкая девочка в платьице василькового цвета — кудрявые русые волосы растрепались во все стороны, глаза горели праведным огнем, а ноздри маленького курносого носа раздувались от сбившегося дыхания. Лучи солнца, светящие из проема от сломанной входной двери, просвечивали ее и так тонкое ситцевое платьице насквозь, показывая силуэт хрупкого девичьего тела.

Честно признаться, я залюбовался открывшейся картиной. И если бы это был киллер, то я был бы уже мертв.

— «Под цвет внедорожника, платье, что ли?» — подумал я и заулыбался от своей тупой логики.

Похоже, девочка не сразу увидела меня. Все-таки моя задумка с ослеплением частично сработала. Но после того, как девочка сфокусировала взгляд на моей персоне, я решил сразу же перейти в наступление:

— Ты зачем за мной следишь?! А! — Грозно крикнул я на девчонку.

Я ожидал чего угодно, но не такого поворота событий.

— Ой! Мама! — громко крикнула барышня, и прикрыв рот ладошками начала реветь и нести какую-то неразборчивую ахинею: — Нет! Только не убивайте! Я очень боюсь! Не умертвляйте меня! — кричала сквозь слезы моя преследовательница, закрыв руками глаза и вертя головой из стороны в сторону. Половину слов я вообще не мог разобрать — какой-то: «колдун», «заморозка». Я стоял в шоке. Надо было срочно, что-то делать, а то скоро сбегутся все соседские бабушки. И я еще получу за сломанную входную дверь. Подходить к девушке я побоялся, а потому как можно спокойнее сказал:

— Перестань реветь! Я тебя не трону.

Как ни странно, но это подействовало. Девушка перестала плакать, убрала ладони от лица и посмотрела на меня своим большими мокрыми глазами.

— Тебя как зовут, — спросил я как можно спокойнее.

— Аленушка, — с детской невинностью, не моргая своими огромными глазами, пролепетала девочка.

И тут от нервного перенапряжения меня прорвало:

— Ой! А я Иванушка. Братец твой! — Сказал я и начал истерически смеяться.

Девушка, похоже, не оценила мою шутку и все так же непонимающе стояла, и пялилась на меня красными глазами.

Отсмеявшись, я все-таки, решил поговорить серьезно.

— Так следила чего за мной-то? И не бойся — я не кусаюсь. Можешь так отвечать! Буду тут стоять и к тебе не подойду! Только в темпе, а то все соседи сейчас сбегутся.

— Мне надо было с вами поговорить!

— Ну! Это тебе удалось. Ревела-то чего?

— А как же! Страшно! Вы ведь вон какой!

— Не понял. Какой? Страшный что ли?

— Нет! Вы симпатичный! «Только вы же колдун!» — промямлила Аленушка.

— С чего ты взяла? — Спросил я. Хотя уже догадывался — с чего. И это был точно не разговор в подъезде.

— А не важно. Я не убийца и не колдун. Если не боишься, пойдем ко мне — все расскажешь. «А то так мы не поговорим», — сказал я и не дожидаясь прошел мимо девушки на следующий этаж. А у самого мысленно возникло куча вопросов к моему шизоидному другу.

Честно признаться, я думал, наплакавшаяся барышня, скорее всего, пойдет вниз к своему лексусу. Но видимо ей очень было надо. Поэтому барышня поплелась за мной следом на расстоянии лестничного пролета.

Пока мы поднимались на этаж, я начал чихвостить своего друга Капеца.

— «Шиза ты некомпетентная. Ты какого черта оставляешь свидетелей своих деяний и ничего мне об этом не говоришь».

— «На тот момент я не владел всей полнотой данных об общинном устройстве вашего социума и потому не мог сделать правильных логических выводов. К тому же я посчитал, что одна особь женского пола, не сможет оказать какое-либо влияние на события, где на Вас напали, как вы выразились — гопники».

— «На будущее, Капец, все свои домыслы, додумки, идеи и информацию ты должен озвучивать мне и только после моего решения принимать действия. Понятно». — Я был зол и, можно сказать, мысленно накричал на ИИ. Мне не понравилось, что про меня уже говорят как о каком-то колдуне. Так и до костра дойти не долго.

— «Принял. Вношу это действие как максимально приоритетное в решении задач».

Я вошел в коридор своей квартиры дождался пока девушка тоже поднимется на мой этаж и пригласил пройти ее на кухню. Я не стал дожидаться что Аленушка сразу пойдет за мной и прошел сам на кухню. Девушка колебалась долго, но все-таки вошла в логово злобного колдуна. Собравшись с мыслями, решил уточнить у моей гостьи свой статус местного злодея-колдуна.

— Присаживайся Алена. Тебя же можно так назвать?

— Да! Конечно!

— Ну, расскажи! С чего ты взяла, что я колдун?

Девушка присела на самый краешек стула возле входа на кухню и начала свой монолог:

— Я была там, в парке, на аллее вечером. Вы не подумайте я не такая, как те. Просто я искала своего брата. Там компания, конечно, плохая, но я очень переживаю за брата. А тут Вы. А потом они. А тут они упали, а вы пошли, как ни в чем не бывало. А я тогда на лавочке сидеть осталась и все это увидела и сильно испугалась.

— Понятно! — не стал я отрицать или подтверждать ее гипотезу, — а от меня-то чего теперь надо?