– Присоединишься к нам? – выдержав ровно минуту игнора, произнес домин.

– Нет, – коротко ответила, не поднимая головы. Я спросила Фабия вчера, сколько лет брату. Тот ответил тридцать. И добавил, что до пятидесяти доминов не привлекают к семейному бизнесу, позволяя учиться, развлекаться, как им вздумается.

Дите неразумное, тридцатилетнее. В нашем мире тридцатилетний мужчина имел бы уже работу, как минимум, а как максимум – семью и детей. Финансовую независимость, достижения, успехи или неудачи… А этот живет за счет денег отца, застыл в бесконечном круговороте безделья, девиц и выпивки. Бесит.

– Что ты тут делаешь, Раст? – к нам подошла очередная идеальная представительница рода доминов. Красивая, как драгоценная статуэтка. Я бросила быстрый взгляд на девушку. По сравнению с ней я выглядела заурядным синим чулком, в очках, с книжкой, закутанная в халат до колен. Хотя дома я никогда не комплексовала по поводу своей внешности, и по праву считалась одной из самых популярных студенток.

– Что ваша служанка делает у бассейна? – девица мгновенно вычислила, что я обычный человек.

– Это не служанка, – хмыкнул Растус, – мой братец привез себе пари.

Внутри заворочалось раздражение. Что же они ко мне пристали? Допускаю, что для младшенького я любопытна, как неизвестный зверек. Не признающая статусов, говорящая, что думаю, не склоняющая голову перед хозяевами мира. Но его постоянные грязные намеки уже поднадоели.

– О! Будущая корова? – девушка скривила идеальные губы. То есть, между собой пари называют коровами? Обидненько. Себя я не относила к семейству парнокопытных, но за других несчастных было горько. Вряд ли мне удастся еще почитать или просто посидеть спокойно. Я медленно закрыла книгу, положив закладку, и многозначительно посмотрела на Растуса. Тот стоял вплотную к моим ногам, не давая возможности подняться.

– Ее уже осеменили? – девушка положила руку на предплечье домина и прижалась грудью к его груди. Ну, просто идеальная картинка двух небожителей. Оба потрясающе красивые, как боги, сошедшие с Олимпа.

– Еще нет, – ухмыльнулся Растус, – Фабу никак не получается ее уломать.

Я подняла ступни и одним движением крутнулась, поворачиваясь вправо, вставая с кушетки с другой стороны. Через секунду сообразила, что сама загнала себя в ловушку, нужно было разворачиваться в левую сторону. Справа находился другой бассейн, а сзади фонтан.

– Счастливо оставаться, – я шагнула в сторону Растуса, надеясь, что он отступит. Не отступил. Мы стояли так близко друг к другу, что я почувствовала запах алкоголя в его дыхании. Сразу стало неприятно. Вспомнилась первая встреча, когда он лапал меня в темном коридоре клуба, дыша перегаром.

– Пропусти, – процедила сквозь зубы. Надеюсь, он увидел на моем лице всю гамму брезгливости и омерзения. Я едва сдерживалась, чтобы не отшатнуться.

– А может мне попробовать? – голос был насмешливым, но в глазах домина сверкал лед, – вдруг ты и мне подходишь, как пари? – я молчала с каменным выражением на лице, – дашь капельку своей крови, детка?

– Обойдешься, детка, – я окончательно разозлилась.

Знала, что он издевается. Моя кровь находилась в парме, так здесь называли учреждение, где подписывали договоры и хранились результаты исследований. Если бы захотел, мог бы сам проверить на совместимость.

Как же я ненавидела их в этот момент, хозяев мира, наглых, богатых, распущенных. Мое пролетарское происхождение инстинктивно отвергало всю эту касту небожителей.

– Как она с тобой разговаривает?! – взвизгнула истерично девица, висевшая на руке Раста. Я поморщилась от резкого звука. – Почему ты ей позволяешь?!

Никто не обратил на нее внимание. Мы как два непримиримых врага стояли нос к носу и буравили друг друга испепеляющими взглядами.

– Нет, я передумал. Слишком молод, чтобы иметь детей, – фыркнул весело Растус, отступая, наигранно отводя в сторону руку, кланяясь как цирковой шут. – А вот сам процесс их производства мне нравится.

Вместе с домином пришлось отодвинуться и девушке. Мне даже показалось, что Раст сделал ей больно, сжав локоть и задвинув красавицу за спину. Уж очень ее перекосило. Демонстративно задрав голову, я прошла мимо парочки и остановилась в некотором отдалении. Запихнула книгу подмышку и сложила руки на груди. Просто так покидать поле боя я была не намерена. Еще не все сказала.

– Определенно так будет предпочтительнее, – кивнула важно, – таким как вы незачем размножаться. Без вас мир станет только лучше.

Младшенький откровенно заржал. Почему-то его веселило абсолютно все, что я не выдавала. Даже оскорбления. Девушка же в шоке уставилась на меня.

– Ты все равно станешь коровой! – завизжала она, топнув ногой, – и родишь домина.

– Может и стану, – я безразлично пожала плечами, – зато ты родить никого не сможешь. Даже умную мысль.

Я бросила последний взгляд на «хозяев» и направилась к особняку. Растус продолжал смеяться. Девушка глупо открывала и закрывала рот, как выброшенная на берег рыба, не в силах выдавить из себя ни одного остроумного оскорбления. Мне даже было ее немного жаль. Бедные богатые домины, которым никогда не испытать радость материнства, которым вечно приходится воспитывать чужих детей. Если бы она не принялась меня унижать, я бы ее не трогала. А так – сама напросилась.