Влад был обижен и вообще не выражал никаких эмоций, явно сразу поняв чьих это рук дело. Не думала, что озабоченные служанки слетят с катушек в поисках добрых принцев, видно их тоже воспитывали на сказке о Золушке.

Подъехав к торговым рядам, братья решили разделиться и сами выбрать себе наряды. Но кто ж им позволит сохранить репутацию?

— Так, вы хотите на балу опозориться? В какой-то зачуханной таверне вас уже посчитали какими-то оборванцами вместо благородных господ, — начала свою пропаганду. — Вы сейчас каждый будете выбирать то, что вам понравится, верно?

— А что мы должны выбирать то, что нам не понравится? — ехидно задал вопрос старший брат.

— Вооот, выберите наряды, как павлины, а когда окажитесь все вместе в одном зале и вас представят наследными сыновьями графа, будете выглядеть кто в лес, кто по дрова, — подняла пальчик вверх. — Теперь вас захотят переодеть уже светские дамы, так как вы будете ломать им безупречное чувство вкуса!

Братья переглянулись между собой и осознали свой промах, ну мне так хочется думать.

— Так что идем все вместе, и я вам помогу подобрать цветовую гамму и аксессуары в одном стиле, — но они как-то с сомнением на меня посмотрели и не спешили соглашаться. — Не переживайте, вы не будете выглядеть одинаково, но рядом друг с другом станете дополнять общий образ, как родные братья, принадлежащие одному роду.

— А почему тогда ты сама не выглядишь так, как нам описываешь? — умный Богдан сразу увидел несоответствие в том, что я говорю и как выгляжу.

— Не обращайте на этот вид внимание, это недоразумение, которое надо сегодня исправить, — улыбнулась в ответ и пожала плечами.

— Ну нет, в таком случае мы просто обязаны сначала приодеть твою грелку, а только потом выходить с ней на публику, — умничка Арсений, именно такой реакции я и ждала от вас, богатенькие буратины.

Коней мы оставили за пределами торговых площадей, так как здесь люди прогуливались исключительно пешком. И сейчас ощущала себя Джулией Робертс из кинофильма «Красотка», только в окружении трех благородных красавцев, желающих приодеть бедную девушку.

Мы направились в самый большой женский павильон, где одевались состоятельные барышни. Я, привыкшая к дорогим бутикам, ощутила себя не в своей тарелке, словно по-настоящему являюсь нищенкой, над которой сжалились благородные господа. От наваждения тряхнула головой и уже более уверенно вошла внутрь. С облегчением выдохнула, так как покупателей в это время уже не было. Но презрительное выражение лица продавца мне не понравилось и решила отыграться на нем по полной, а заодно устроить показ мод для обалдевших братьев.

— Добрый день, любезный, принесите для этих добрых господ кресла, мы здесь немного задержимся, — бесцеремонно прошла к нарядам и начала ощупывать и рассматривать платья, которые стоили не малых я полагаю денег. Продавец впал в ступор и не знал, то ли прогнать меня и лишиться покупателя, то ли смириться и позволить нищенке примерить шикарные платья. Но стулья принес и даже служанку позвал, чтобы та обеспечила господ напитками на выбор.

Я оторвалась на славу, практически перемерив все, выходя в новом наряде пред очи братьев, как на сцену, изображая из себя то графиню, то маркизу, то княгиню, то благородную учительницу. Братья ржали над моим представлением и даже хлопали в ладоши. Наигравшись, окончательно замучив продавца помогать мне переодеваться, выбрала для себя три красивых наряда, но попроще, которые ни коем образом не претендовали на благородные платья, но были выполнены утонченно и со вкусом. Мой выбор понравился ребятам, скинувшимся на покупки, и мы с хорошим настроением продолжили свой забег по бутикам, то есть лоткам с мужскими товарами.

Еще часа три потратили на примерку разных фраков, которые сидели идеально на идеальных фигурах таких разных по характеру братьев. Объединили три ансамбля кофейными жилетами, слегка отличающимися по оттенку и молочно- кремовыми шейными платками, но повязанными у каждого по-особому.

— Эх, Машка, была бы ты благородных кровей, то цены бы тебе не было, как и отбоя от ухажеров, — не удержался Арсений и сделал мне первым комплимент. — Как все же одежда меняет и красит человека?

— И не скажи, если бы я в одежде баронессы познакомился с Марией на улице, то никогда бы не подумал, что она притворяется, — усмехнулся Богдан.

— А ты, что молчишь? — старший брат обратился к младшему. — Вообще ничего не скажешь или ты даже не заметил разницы во внешности Машки?

— По мне, она что так, что этак, все также остается той же Машкой, — он пожал плечами, а мне стало немножечко обидно. Только его высказывание можно трактовать двояко. Что, как человек я для него остаюсь прежней и это радует. А как девушка, по-прежнему, остаюсь старой несимпатичной Машкой, и это бесит.

Только на следующий день мы въехали в ворота нашего поместья. И тут вспомнила, что возвращаюсь не домой, а в стан врага, где плетутся интриги и замышляются заговоры против меня. И мне прилетит в самое ближайшее время, так как братья все уши прожужжат о моих способностях и талантах. Катьку скорее всего заставят учить грамоту, а Дашку читать на ночь непристойные книжки. А моя месть оказывается становится все изощрённее и изощрённее.

Одно не радовало, Влад не изменил своего отношения, он по-прежнему не видел во мне симпатичной девушки, как бы я не старалась привлечь внимание. Ни комплименты, ни улыбки, ни глазки не работали, как женские инструменты в отношении него. Оставался добродушен, но холоден, совершенно не проявляя мужского интереса, в отличии от братьев, которые уже неоднократно предлагали махнуться нами, словно мы постельные игрушки трех великовозрастных мальчиков. Но интереса к двум змеюкам он тоже не испытывал, и это мирило меня с обстоятельствами.