Ну все, с меня достаточно.

Я закрываю глаза и мысленно полностью сосредотачиваюсь на словах профессора. Экономическая теория и роль экономики в жизни общества. Вот что меня должно сейчас интересовать.

Также, как и Машу, которая, кстати, так и не появилась на лекции. Неужели тот парень, с которым она мило болтала в холле первого этажа, успел настолько запудрить ей мозги, что она решила пропустить занятия?

Я вздыхаю, а потом старательно отгораживаюсь от чужих мыслей, что тоже требует, оказывается, значительных энергозатрат.

А после этого снова думаю о том, что вдруг у меня двинулась крыша?

Может, у меня что-то с мозгом? Развивается начальная стадия шизофрении? Или еще какая-нибудь болезнь, я не очень в этом сильна.

А все, что происходит в последние дни, не более, чем иллюзия?

Но я не успеваю как следует развить эту мысль, потому что чувствую легкое касание к своей руке со стороны Кристиана. Кошусь в его сторону и вижу, зажатый в его пальцах и сложенный в несколько раз тетрадный листок в клетку.

Бросаю осторожный взгляд на Лейлу. Убеждаюсь, что она в телефоне и быстро перехватываю записку от Кристиана.

За пять минут до этого он действительно что-то писал на листе. Я еще удивилась, зачем ему записывать материал, если это даже не его предмет. Оказывается, он писал мне.

Я будто возвращаюсь на секунду в начальную школу, когда еще не было телефонов и мы вот так переписывались на уроках с одноклассниками.

Пара заканчивается и Кристиан первым срывается с места. Поспешно исчезает в коридоре.

— Наконец, — с видом мученицы произносит Лейла, — что там у вас дальше по расписанию?

— А тебе обязательно везде меня сопровождать? — интересуюсь я.

В ответ Лейла только фыркает.

— Я, конечно, не против, но знаешь… это как-то немного напрягает.

— Будто я сама горю желанием. Но все вопросы к Демиду, — недовольно бросает Лейла и первая спускается вниз.

Я иду следом и, пользуясь тем, что она ко мне спиной, быстро разворачиваю записку.

«После третьей пары, туалет на первом этаже. Узнаешь обо всем, что происходит».

Быстро озираюсь по сторонам, а потом рву записку и бросаю в объемную корзину для мусора, установленную при выходе из аудитории.

— Ты идешь, Ульяна, — оборачивается ко мне Лейла.

— Да, конечно, — киваю я.

Очень удобно, третья и четвертая пары у нас как раз на первом этаже. Наконец, все прояснится.

Следом за Лейлой я выхожу в коридор и тут же натыкаюсь взглядом на ненавистную широкоплечую фигуру.

Блондинка со второго ряда уже вовсю трется рядом с Демидом и несет такой бред, что уши вянут. Мысли ее и того дурнее. Сплошное восемнадцать плюс.

Блондин тем временем тоже не теряет времени зря. Пытается подкатить к предмету своих мечтаний, но это выходит так смешно и неумело, что Свиридова его тут же посылает. А парень впадает в ступор.

Демид между тем отцепляет от себя блондинку и походкой хозяина жизни направляется прямиком ко мне.

Лейла с облегчением выдыхает и тут же испаряется.

— Ну, что? Как успехи? — интересуется Демид, едва успевает подойти.

— Пока никак, — вру я, скромно потупив глаза.

На такой шаг я решаюсь буквально в последний момент. Но это кажется такой блестящей идеей.

Пусть думает, что мои способности не так сильны, как он рассчитывал. Может тогда его внимание к моей персоне хоть немного ослабнет.

А еще я вдруг решаю, что буду тренироваться до тех пор, пока не смогу прочитать его мысли. На крайний случай мысли его друзей. А когда это произойдет (я надеюсь, что совсем скоро), он не будет догадываться об этом. Станет думать о чем попало, а я окажусь в курсе всех его планов. Вот такое коварство с моей стороны.

— Что, совсем ничего?

Демид прижимает меня к себе и его кофейное дыхание уже привычно щекочет мою шею.

А по коже начинают пробегать очередные мурашки, черт бы их побрал, и ноги подкашиваются от слабости.

Даже после того, как я вдоволь наслушалась о нем от озабоченных девиц.

Отрицательно мотаю головой.

— Тот случай с парнями был, наверное, каким-то случайным озарением, — бубню куда-то в его плечо, стараясь не так активно вдыхать его запах, — но больше ничего такого у меня не получилось.

Несколько секунд между нами царит молчание, во время которого с меня, образно, сходит сто потов.