Она с восторгом смотрит на снежинки, лепит снеговика с детьми Шама, Макса и Эмиля, играет с Вулканом, учится готовить у повара, которого я нанял в наш новый дом. Я дал ей полный карт-бланш на его обустройство и с каждым днем в нем становится все уютнее.

Она учится носить брюки уже, чем обычно. Девчонки купили Ясне её первое короткое платье. Так и висит с биркой в шкафу.

Она спит голая рядом со мной, если я раздену. Тихонечко прижимается к моему боку и осторожно обнимает, думая, что я сплю и не чувствую.

Она смотрит мультфильмы на огромной плазме в гостиной, хрустит соленым попкорном и искренне смеется над забавными моментами. Запоем читает книги, завернувшись в плед у камина. Приходит сонная и босая ко мне в кабинет, забирается в кресло с ногами и клюет носом, пока я не брошу дела и не отнесу ее на руках в кровать.

Вот и что ей подарить?

В голову приходит совершенно сумасшедшая идея. А вместе с ней понимание, у нас давно не было нормального секса. Неделю точно. Ясна либо аккуратно мне отказывала, а я уставший быстро отрубался. Либо делала мне крайне охуительный, чувственный минет и сливалась под нелепыми предлогами, стоило мне коснуться ее между ножек. И дело тут явно не в месячных. Малыш знает, этим меня не напугать, лишь бы она принимала.

Пока пристраиваю свою большую, как я сам, тачку возле клиники, набираю Самиру.

— С ней все нормально? — интересуюсь с ходу.

— Да-а, — тянет удивлённо. — А что такое?

— Ведет себя странно в последние несколько дней. Я подумал, ты знаешь причину.

А кто еще? Самира для Ясны стала кем-то вроде матери. О последней моя девочка больше не спрашивает. С Оскаром созванивается часто, а о женщине, что дала ей жизнь, ни слова.

— С тех пор, как у нее появились подруги, я знаю далеко не все, — спокойно отвечает Самира.

— Плохо, — сдавливаю пальцами переносицу. — Эти не сдадут.

— Хорошо, — смеется она. — Так должно быть. Учись разбираться в ней сам.

— Угу, — сбрасываю звонок, засовываю трубу в карман и выхожу из машины.

Адиль проваливается в снег у обочины. Матерится, отряхивая ботинки и джинсы. Ему зима не нравится, зато нравится свобода, что мы себе отвоевали, поэтому брат бухтит с тех пор, как приехал, но назад не просится.

Заходим в клинику. У них в холле тоже стоит украшенная елка как укор мне за то, что разъебай. Мишура везде, снежинки всякие. Девчонки симпатичные в белых халатиках и праздничных блестящих шапках снегурочек обаятельно улыбаются. Щеки у обеих розовые. Шампуня что ли успели бахнуть?

— Добрый день, — приветствуют хором. Адиль посмеивается, оценивающе разглядывая обеих. — Проходите.

Ад еще пару раз оглядывается, пока мы не скрываемся за поворотом. Лестница приводит нас на третий этаж. Возле палаты Расула никакой охраны. Я решил дать ему шанс доказать, что ему можно верить.

Толкаем дверь в палату. Малой лежит на своей койке с книжкой. Услышав, что мы пришли, поднимается. Жмет нам ладони.

— Как ты? — спрашиваю я.

— Со вчерашнего дня ничего не изменилось, — смеется Рас. — Ты звонил, — напоминает мне. — Нормально, как видишь. На месте.

— Домой хочешь? — подхожу к тумбочке, смотрю, что читает. «С кем бы побегать», Давид Гроссман. Читаю аннотацию, перевожу удивленный взгляд на брата.

— Хочу, — забирает у меня книгу. — Интересно, между прочим.

Я только киваю. Радоваться еще слишком рано, но в том, что он через художественную литературу решил разобраться со своими тараканами, меня однозначно радует.

— Второго января утром тебе придется сюда вернуться.

— Как скажешь, — спокойно отвечает Рас.

— Тогда собирайся, я пока перекинусь парой слов с твоим врачом.

Через полчаса мы уже едем за елкой. Парни тихо переговариваются. Расул совершенно спокойно ведет себя с Адилем. В очередной раз убеждаюсь в том, что все было сделано правильно, хотя сердце до сих пор иногда ноет.

Выбираем все вместе дерево. Рядом, на открытом елочном базаре закупаемся гирляндами, разноцветными шариками, сверкающим дождиком. Праздничный ужин заказываю из ресторана. Везде аврал, но за двойную оплату нам привезут все от горячего до десертов. Всю остальную атрибутику Нового года закупаем в ближайшем супермаркете. Остается самое главное — подарок моему котенку.

Еле нахожу свободное место возле торгового центра. Договариваемся с братьями встретиться возле тачки. Адиль уходит с Расулом в одну сторону, я в другую.

— Вы что-то конкретное ищите? — ко мне тут же подбегает нарядный консультант.

— Носки, — улыбаюсь ей.

— У-у нас нет мужских, — теряется совсем молоденькая девушка.

— Мне женские нужны, — улыбаюсь шире.

— Светка, не тупи! — ее за локоть оттаскивает коллега. — Извините, она у нас недавно. Пойдемте, я покажу. Вам в подарок или просто так?