– Подсказка!

Стефан еще раз перечитал надпись:

– Одиннадцать блоков цифр… Через запятую… Все числа от одного до шестидесяти шести… – Почесал затылок: – Я вроде не ребенок, но подсказки не вижу… О чем нужно думать? О каком-то кино?.. О книге?.. Об адресе?.. Мало ли где есть такие числа…

Размышления Стефана прервал звонок в дверь. Подумал о Бояне, но на пороге стояла соседка в домашнем, расстегнутом на одну пуговицу внизу халатике с большой тарелкой в руках:

– Добрый день! Знаете, мы старомодны, хотя и сторонники сторнации, но никак не изживем эти старые традиции. Вот, испекла для своих баницу с пореем по бабушкиному рецепту и, как всегда она делала, решили поделиться с соседями…

«Сторонники сторнации…»

Соседка несколько смущенно смотрела на него, и Стефан сам протянул руку за тарелкой:

– Большое спасибо! Я как раз думал, чем бы мне сегодня позавтракать!

Вероника почему-то еще больше смутилась, порозовела и быстро ответила:

– Кушайте на здоровье! Если вам что-то нужно, то заходите к нам запросто… Хотите, мы покажем вам город?

– Спасибо, но я бывал здесь. Много лет назад, но все-таки город хорошо знаю.

– Тогда не было улицы Новой демократии…

Стефан пропустил ее замечание о старой улице, сменившей название. Простившись с теребящей верхнюю пуговицу халата соседкой, перевернул утомивший его листок цифрами вниз и с удовольствием умял домашнюю баницу. Такую последний раз ел двадцать лет назад здесь же, в Балкании, с нею… Но воспоминания сейчас гнал, стал думать о соседях – какая милая, приятная семья. Хорошие, спокойные люди живут в этой хорошей, спокойной стране. Вот только, судя по вчерашним знакомствам в клубе, руководство им WP поставило весьма интересное. Но ведь и сам он приложил к этому руку двадцать лет назад. Чем Стефан лучше того же Марка? Чем сам занимался все эти годы? Какие заказы выполнял…

О многом из написанного за его журналистскую жизнь вспоминать не хотелось. Если не получалось с ходу расшифровать числа с зеркала, то думать следовало о том деле, на которое подписался: раз взялся, то надо работать! Стефан положил на ладонь томик, подаренный отцом Ариэлом, – черный с золотым крестом на обложке:

– Тяжеленький…

Сколько людей читало и перечитывало эту книгу! Скольких она утешила, вдохновила… Стефану от нее ничего не нужно. Он должен просто прочитать ее, исходя из задания, из слов Марка: «Там столько устаревшего, поэтому она плохо работает сегодня, не цепляет молодежь, а они – завтрашние взрослые. Почему раньше, несколько веков назад, читали Библию? Неграмотные люди приходили в церковь послушать. Грамотные читали дома. Слушали и переслушивали, читали и перечитывали одно и то же. Потому что читать-то почти и нечего было. Книги были рукописными, их было мало. Хочешь не хочешь, а сто раз прослушаешь, прочитаешь эту скукотищу несусветную. Чем еще было себя занять тогда, когда у человека не было ни радио, ни телевидения, ни интернета… Тебе нужно доработать Библию, осовременить ее…»

Стефан, конечно, не считал себя молодежью, но работа приучила его думать об аудитории, для которой пишет. Вот и теперь – представил двадцати – тридцатилетних, тех кто, по словам Бруно – хозяина домика на Капри, верит только в «кока-колу». Раскрыл Священное писание и, к своему удивлению, обнаружил, что это не одна логично повествующая о божьих делах книга, а набор очень разных текстов: две главные части – Ветхий и Новый заветы, в которых множество относительно небольших – «Бытие», «Исход», «Левит», «Числа», «Второзаконие», «Иисус Навин», «Судьи», «Руфь» и еще, и еще, и еще.

– Что ж…

Не мудрствуя лукаво, приступил к чтению с первой страницы:

«В начале сотворил Бог небо и землю.

Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.

И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.

И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.

И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один.

И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды.

И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так.

И назвал Бог твердь небом. И был вечер, и было утро: день второй…

И назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями. И увидел Бог, что это хорошо…

И произвела земля зелень, траву, сеющую семя по роду ее, и дерево, приносящее плод, в котором семя его по роду его. И увидел Бог, что это хорошо…

И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее. И увидел Бог, что это хорошо.

И благословил их Бог, говоря: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте воды в морях, и птицы да размножаются на земле…

И создал Бог зверей земных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов земных по роду их. И увидел Бог, что это хорошо…

И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.

И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их.

И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле…