— Настолько сильные эмоциональные потрясения необходимо лечить именно так, как можно более вдумчиво и о-о-очень долго! — авторитетно заявила Язва и сместила фокус внимания хохочущей компании на чуть менее стеснительную жертву: — Мы, вон, усиленно лечим Хельгу и добились положительной реакции… практически на все воздействия!

— Так и есть! — весело подтвердила Маша и тоже попыталась помочь шеллемке справиться со смущением. Правда, сделала это совсем в другом ключе: — А если серьезно, то постарайся разделить в своем сознании людей и нелюдей и пойми, что сочувствия, понимания и прощения достойны только первые, а вторых надо уничтожать, как бешеных собак. Иначе эти твари отравят или оборвут жизнь другим достойным людям!

Авьен подняла голову, поймала ее взгляд и криво усмехнулась:

— Меня мутит не от воздаяния, которое, на мой взгляд, стоило провести намного жестче, а от того, что творили пираты. Скажу больше: будь у меня под рукой привычное оружие, открыла бы стрельбу прямо через «Око» или попросилась в группу к Оторве, так как большую часть сознательной жизни отдала армии и видела войну не только в художественных фильмах. И еще: как только я отработаю атакующие навыки Земли на достойном уровне и перестану быть обузой, сразу же начну мотаться с вами на боевые — хочу, чтобы у вас появились основания доверять мне в любой ситуации!

— До боевых в твоей программе будет море учебно-боевых. Типа охоты в мире динозавров… — сообщил я. — И не когда-нибудь, а в ближайшие дни.

— Угу… — подтверждающе мурлыкнула матушка, притянула шеллемку к себе, растрепала ей волосы, на пару мгновений расфокусировала взгляд, а затем уставилась мне в глаза: — Кстати, о боевых: сегодня в два тридцать ночи мне понадобится ваша помощь.

— Будем в два пятнадцать в вашей гостиной… — пообещал я.

Она благодарно улыбнулась и переключилась в режим уничтожения всего и вся — хищно прищурилась, раздула ноздри и подалась вперед так, как будто собиралась атаковать: — Помнишь историю о сетевых страничках, на которых выкладывались мои фотографии и писалась всякая бредятина?

Я утвердительно кивнул:

— Конечно: они появились в середине января в нескольких сегментах Сети, стали раскручиваться слишком быстро, но найти первоисточник, вроде как, не удалось.

— Удалос-с-сь! — злобно прошипела матушка. — Его нашла Юмми, ради такого дела стянувшая какую-то армейскую аппаратуру из своего мира и адаптировавшая ее под наше программное обеспечение.

— Она вообще спит? — спросил я, представив, какой объем работы надо было сделать для такой адаптации, и приплюсовав это достижение младшей шеллемки к списку всех остальных.

— Спит. Но очень немного… — криво усмехнулась Авьен, поймала мой вопросительный взгляд и развела руками: — Так же, как и я, старается как можно быстрее стать по-настоящему нужной.

Я хотел сказать, что для этого хватило бы перевода технологической карты производства антигравитационного двигателя, но вовремя заметил, что матушка начинает заводиться, и промолчал. Вернее, повел рукой, предлагая продолжать. И она выплеснула бешенство буквально в двух предложениях:

— Так вот, второе звено этого скотства — заместитель начальника пятого отдела Службы Внутренней Безопасности Поднебесной Империи! А первое, вне всякого сомнения — ублюдочный Лю Лян!!!

— Грохнуть его ты бы смогла и без нас. Значит, решила наказать как-то иначе?

Родительница расплылась в мстительной улыбке:

— Ага: вы выкрадете урода из спальни, используя Иллюзии, а твоя бабка внесет кое-какие коррективы в его мировоззрение!

— Так бабке-то, вроде, пока не до него… — напомнил я.

— В два ночи будет у меня. Злая, как собака.

— А почему злая-то? — осторожно поинтересовалась Авьен и получила более чем логичный ответ. Причем от Язвы:

— Вылезет из-под любимого мужа. Страшно неудовлетворенной. А она и так не подарок.

— В общем, Ляну жопа… — подытожила Бестия… и не нашла понимания у матушки:

— Две — я как бы тоже не в себе, причем сразу по двум причинам!

— Я имела в виду всеобъемлющую! — хохотнула Долгорукая. — Мы ведь тоже будем вынуждены вылезти из-под любимого мужчины! Кроме того, за тебя — и в огонь, и в воду. В смысле, затолкаем кого угодно. Значит, одними иллюзиями не обойдемся…

— Это меняет дело!

— И еще как! — усмехнулся я, почувствовал, как по спине скатилось сразу две капельки пота, покосился на водную гладь, отражающую чистое небо и светило, стоящее в зените, поймал за хвост весьма толковую мысль и поделился ею с остальными: — Кстати, вам не кажется, что мы тратим на обсуждение будущего Лю Ляна слишком много времени? Он допрыгался, значит, обречен. А нам пора как следует расслабиться. К примеру, заплыв за горизонт…

…Найти наследника Лю Фаня в огромном Запретном Дворце удалось только в пятом часу утра. Да, к этому времени Лян успел и угомониться, и отключиться, но внешность изрядно потрепанной «грелки», обнаружившейся в его кровати, мягко выражаясь, не обрадовала — некие специалисты по косметическому морфингу превратили молодую европейку в очень неплохую копию матушки! Как и следовало ожидать, «оригинал» взбесился и скрипел зубами все время, пока мы создавали и вывешивали иллюзию, вырубали «влюбленных» целительским сном, избавляли будущего императора Китая от коммуникатора, перетаскивали в операционную Степановны и фиксировали в гинекологическом кресле. Зато после того, как все четыре конечности были надежно закреплены, а «злобная бабка» приложила ее верного воздыхателя какими-то замороченными плетениями Разума, моя родительница сотрясла его буйную головушку зубодробительной пощечиной.