— Госпожа могла ошибиться. Неправильно понять смысл слов жрицы.

— Могла, — Нейер отложил пачку рисунков. — Мог-ла, — повторил он протяжно. — Но меня и до этого интересовал вопрос, как он вошел в алтарный зал. Когда вернулся за мной, — пояснил он для менталиста. — Тогда, сила ещё не считала его «своим», и защита должна была сработать, но он — вошел…

— Взломал? — очень скептически предположил Дей.

— Невозможно. Там три пары артефактов на входе. Пересечение линий и схема срабатывания установлена таким, что линии постоянно смещаются. Взломать — нельзя, артефакты целы. Силовое поле работает исправно — я проверял. Если даже предположить задержку срабатывания — все равно, пройти нельзя, если ты не Фу. Это было бы возможно только в одном случае — если кто-то смог бы видеть линии артефактных связей, учесть задержку срабатывания, выбрать момент, но это невозможно вслепую! Только — если ты видишь…

Дейер фыркнул в усы.

— Вы делаете из мальчишки прямо Отца основателя, господин… ещё скажите, что он держал проход во время Исхода…

—…это мы узнаем очень скоро. Меня не волнуют его «маленькие тайны» — это может подождать. Первое воспоминание, которое ты должен вытащить, как только мальчик согласиться сотрудничать — это момент, когда он проходит в алтарный зал. Медленно. Мгновение за мгновением. Я хочу найти слабое место в нашей защите. Это самое важное.

— Да, господин.

— Утренние вестники?

— Шестнадцать, господин. Писарь записал каждый, кроме двух — отложенные, лично вам. Одно сообщение от младшего господина Фу — из второй побочной ветви, он сейчас в Ашке. Просит денег.

— Опять проигрался, — пробормотал Нейер.

— Ещё один вестник из клана Да-архан — просят уточнить, когда вы планируете выезжать. У них сейчас пограничный конфликт и они вышлют сопровождение.

— Дальше.

— И два вестника — рабочие моменты от управляющего южной частью земель, нужно согласовать сметы. И вам со вчерашнего вечера начали поступать официальные поздравления от кланов — «обретение Наследника рода и прохождения испытаний». Первая стопка — всего десять вестников, — Дэй положил стопку на стол.

— Поздравили не все, — усмехнулся Ней.

— Полагаю, всех волнует вопрос официального представления…

— Это подождет, сначала он хотя бы должен стать частью клана.

Кабинет Главы Фу

Тридцать мгновений спустя

В кабинет Главы они вошли без стука, точнее вошла Госпожа, а Коста прошел следом.

Называть злобную леди «Наставница» он пока не мог даже в мыслях.

— Мама?…и тебе ясного утра… тебя я не вызывал…

Леди Эло щелчком пальцев развернула плетениями одно кресло, и села на краешек, с идеально прямой спиной, расправив юбки.

— Мы не займем много времени, Нейер. Мой ученик хочет тебе кое-что сказать.

— Ученик? — менталист поперхнулся воздухом.

— Мама? — Глава перевел вопросительный взгляд с госпожи на Косту.

— Ученик, — скомандовала леди Эло — Коста не двигался. Госпожа развернулась, внимательно посмотрела на него и снова скомандовала. — Просто повторяй за мной. Условия клятв обычно стандартные и схожие модификации применяются в каждом из кланов с небольшими различиями.

Леди Эло обошла стол, встала напротив удивленного сына, который отложил бумаги, и — плавно, одним слитным движением опустилась на колени.

Принесла клятву, сила вспыхнула белым облаком, и приложила руку Главы ко лбу.

Встала, расправила юбки и отступила, освобождая место.

Коста не двигался мгновение.

В нем течет кровь Фу, мама тоже из Фу.

Теперь у него есть Наставница — та, что будет учить и кого должен защищать он. Госпожа входит в клан Фу — значит, клан Фу тоже подлежит защите. И… это его место.

Мастер Хо считал, что клановая клятва ничем не лучше рабской метки. Коста так не считал — просто не было опыта, это первый клан в его жизни. Чем это отличается от клятвы «наставник и ученик»? Защищать, хранить, учить, быть верным. Давать и брать — баланс.

Он не сомневался ни на миг, что Фу могут многое дать ему. Он сомневался, потому что совсем не был до конца уверен, что сам что-то сможет дать Фу.

Господин-в-кресле смотрел на него темными глазами с бесконечным терпением. Косте казалось, решайся он до вечера — господин так и просидит спокойно, без движения, пока пустыню не укроют сумерки.

Он ведь так и не сказал Главе, что передумал, и…

— Ученик, — его новая Наставница не обладала даже десятой долей терпения сына.

Коста сделал несколько шагов, встал перед креслом и склонил голову. А потом медленно опустился на одно колено, и в этот момент их двоих укутал купол тишины, отрезая звуки остальной части кабинета — госпожа беззвучно и возмущенно открывала и закрывала рот.

Глава опустил руку, закончив плетения, и потом мгновение изучал его, стоящим перед ним на одном колене.