— Атакуйте. Юный господин, — процедил смуглый великан сквозь зубы. — И создал почти сплошной щит, пробить который будет очень трудно.

Коста повиновался, щелкнул пальцами, выплетая узлы — прозрачная алхимическая игла, примитивнейшее и великолепнейшее плетение целительского спектра, зависла перед ним в воздухе.

И… он улыбнулся. Широко, расслабленно и удовлетворенно, глядя прямо в глаза Хаади. И — атаковал.

Вечером у входа в покои, Коста проделал привычную процедуру. Размял плечи, шею, стряхнул напряжение, и, натянув на лицо широкую веселую улыбку, шагнул внутрь.

— Мастер, я вернулся! — Бодро гаркнул он на все покои разом.

Дэй стоял в коридоре, прислонившись к стене, сложив руки на груди. И по лицу менталиста, Коста понял, что тот уже давно в курсе всех событий, и его ждет взбучка.

— Не устал? — сегодня Мастер Нейер не спал, и кресло, поскрипывая колесами, через пару мгновений выкатилось из мастерской в гостинную. — Хочешь есть?

Коста хотел есть. Хотел пить. Хотел спать. И хотел вообще всего разом, а ещё ему очень хотелось улыбаться — всем разом — и Главе, и мозгоеду, и даже Хаади, который демонстративно не разговаривал с ним полдня, оставив разнос на вечер.

— День прошел хорошо?

Коста оскалился. Первый раз за декаду пребывания в клане Да-архан. Оскалился совершенно искренне и бесшабашно.

— День прошел просто… чудесно.

Утро следующего дня

«Жемчужина Юга — Да-ари»

Торговые ряды

— Смотри, смотри, смотри! — Миу нетерпеливо дернул его за рукав, задев руку, указывая в сторону лавок-палаток, притулившихся в тени высоких белокаменных домов, укрытых пестрыми полосатыми покрывалами. — Идем, идем, идем же! Пока нет этих, я хочу посмотреть!

Руку Миу все же задел, и Коста большим трудом не застонал, радуясь, что длинные рукава верхнего уличного одеяния скрывают даже пальцы — не видно синяки выше. Когда Младший Да-архан, умчался вперед, вместе с едва поспевающими за ним тройкой охранников, Коста выровнялся и попытался выправить дыхание.

Болело всё. Спина, ребра, шея, задница, ушибленные колени… Все, куда вчера смог дотянуться Хаади.

Сам Наставник молчаливой скалой возвышался сзади, давая время ученику прийти в себя, и Коста знал, что сочувствия он не дождется — по мнению Хаади, мозгоеда, и даже господина Нейера, он вчера получил за дело.

Его гоняли полночи. В маленьком тренировочном зале, которые, как оказалось располагались на каждом ярусе подземного форпоста клана Да-архан. Зал, отведенный для тренировок охраны и гостей, у которых нет времени посещать главную площадку, а форму поддерживать надо. Вот туда и привел его вчера ночью Хаади, с благословения менталиста, который, получив воспоминания о «выступлении на тренировке с наследником ЯнСи», щедро поделился ими с Главой. А Хаади рублено оценил уровень опасности, как критический — «очень близкий к тому неудачному событию, которое произошло тогда в карете с госпожой Эло, после Храма Великого». А это — недопустимо.

Коста был не согласен, и попытался пояснить, что он все помнит и с ЯнСи контролировал себя прекрасно, но его никто не слушал.

Троица Старших единогласно постановила, что Косте требуется «сбросить пар», и что «им не нужна ещё одна вспышка, какая уже была в карете с Госпожой», что сейчас «они просто не могут себе этого позволить», и потому «Син Фу должен быть спокоен».

Путь к совершенному спокойствию по мнению Хаади, которому разрешили тестировать «его-метод-успокоения» лежал через избиение.

Конечно, они назвали это «тренировкой», но Косте казалось, что его просто лупили, гоняя по всему залу, как куль, плотно набитый соломой, и он мотался туда-сюда, собрав все пыль со стен и наевшись песка с пола. Нападать он не мог — только защищаться, и то не слишком успешно.

Чар и плетений Хаади не использовал — только руки, скорость и физическую силу, заставляя уворачиваться и убегать, уворачиваться и убегать, пока не загнал его так, что он просто рухнул на плиты пола, отказываясь подняться. Тогда пришел мозгоед, перевернул его на спину, считал поверхностные мысли, и сказал, что можно гонять ещё — «юный господин сохранил достаточно свежести и сил, которые тратит не в то русло».

Хаади бил. Хаади гнал. А мозоед громко, на весь зал повторял фразу за фразой, вколачивая ее в мозги: «доказывать своё превосходство — слабость», «доказывать свое превосходство, теряя контроль над эмоциями — тупость», «опора — внутри», «дерево, имеющие корни, не колеблят ветра», «контроль, контроль, и ещё раз контроль», «Эль-Син контролирует эмоции», «Эль-Син не действует спонтанно», «контроль, контроль, контроль и ещё раз контроль».

Доказывать свое превосходство — можно и нужно, если речь идет о чести и защите Фу, но…никогда и ни при каких обстоятельствах, нельзя идти на поводу у эмоций.