Заслышав слово «кафе», она как по команде напускает на себя ангельский вид.

– - А мне с тобой можно?

– - У тебя бассейн, -- отрезаю я. – И учти, что делать просящие глазки бесполезно.

– - Жаль. Я как раз хотела нормально покушать, чтобы не было цинги.

Мне с трудом удается подавить улыбку. Порой кажется, что Карина и есть моя кровная дочь – настолько мы похожи. Она не имеет привычки клянчить: либо грязно шантажирует, либо приводит веские аргументы. В будущем далеко пойдет, а пока…

– - В духовке как раз есть курица, -- нараспев отвечаю я. – Иди-ка поешь. Это будет лучшая профилактика цинги.

Фыркнув, Карина спрыгивает с кровати, признавая, что этот раунд остался за мной. Как и многие другие.

Уже месяца три мы живем вместе. Я, Камиль и Карина. Никто этого не планировал – само собой получилось. Количество ночей, которые Карина оставалась с нами, росло, детских вещей в квартире появлялось все больше, так что со временем было принято логичное решение о ее переезде. Вышло комфортно для всех: и для Галии-апы, слишком привыкшей о ком-то заботиться, и для Карины, получившей постепенно привыкшей к смене обстановки и новому человеку, и для меня, до смерти боящейся не справиться с ролью мачехи.

За время нашего с ней общения я поняла две очень важные вещи. Первая: не стоит пытаться заменить Карине мать. Я не ее мама, и этот факт уже не изменить. Зато я могу постараться стать ей другом и поделиться лучшим из того, что сама знаю и умею. Вроде пока получается. Соседство поколений, к которым мы принадлежим, позволяют нам общаться на схожем языке. Даже Камиль признает, что я имею больше влияния на его дочь, чем он сам.

Второе важное правило: быть с ней предельно честной и относится как к взрослой. Я отлично помню себя в ее годы. Дети в таком возрасте все отлично слышат и понимают, и считать их недалекими и глухими точно не стоит.

В общем, роль мачехи оказалась неожиданно гораздо более приятной, чем я себе представляла. Хотя бы потому, что я еще не состарилась, а стакан воды мне уже приносят.

– - Пристегнулась? – уточняю я, щелкая пультом от ворот.

– - Конечно, мамочка, -- фыркает Карина, переиначивая мою классическую фразу, адресованную ее отцу.

Потянувшись, она прибавляет звук на магнитоле, и салон оглашается очередным интернет хитом, от которого у меня как по команде начинает сводить зубы. На языке так и вертится фраза: «в наше время музыка была лучше», но озвучить ее вслух – означает признать себя мамонтом, чего я, разумеется, никогда не сделаю. Так что терпеливо слушаю и даже иногда подпеваю.

Высадив Карину у входа в плавательный комплекс, я бью по газам. Осторожничаю я обычно только в ее присутствии. Инцидент со сломанным носом навсегда запечатлен в моей памяти, так что предпочитаю перебдеть.

Забавно, что Мерседес, подаренный Камилем, все же ко мне вернулся. Как-то, сидя в такси и опаздывая на важную встречу, по вине водителя, свернувшего не туда, я четко осознала необходимость покупки собственного автомобиля. Камиль со вздохом облегчения предложил забрать Мерседес, и это предложение на удивление не встретило во мне сопротивления. Наверное, всему свое время. На момент этого предложения мы уже успели съехаться.

На встречу с Алиной я приезжаю на пятнадцать минут раньше и успеваю сделать пару звонков. Уже почти месяц я не появляюсь в автосалоне, работая удаленно -- приятные бонусы того, чтобы спать с владельцем.

Успеешь забрать Карину с плавания? Или это сделать мне?

Напечатав сообщение Камилю, я боковым зрением ловлю очертания знакомой фигуры. Повернувшись, чувствую волнительное покалывание в груди. В кафе зашел Ильдар.

В последний раз мы виделись с ним месяца четыре назад, после того как он вернулся из Таиланда. Поздоровались, но не разговаривали. От Камиля я знаю, что он стал много путешествовать, а бизнес ведет удаленно. Общение они возобновили, правда, в основном, по работе. Сейчас я смотрю на сложившуюся ситуацию философски: изменить уже все равно ничего нельзя, а они как взрослые люди со временем разберутся.

Ильдар тоже меня замечает. Выглядит растерянным, но быстро берет себя в руки и, улыбнувшись, идет к моему столу.

– - Привет. Отлично выглядишь, -- говорит он, верный своим джентльменским манерам.

– - Ты тоже.

Я улыбаюсь, ощущая забытое потягивание в груди. Время, проведенное порознь, убрало все лишнее, оставив в душе лишь тепло и искреннюю привязанность. – Загорел. Где был на этот раз?

– - В Сингапур на две недели летал. Там хорошо.

Я киваю.

– - Наверное. Рада за тебя.

– - У тебя… -- Ильдар неловко переступает с ноги на ногу.
– - Как дела?

– - Все хорошо… Работаю немного, -- я киваю на телефон. – Здесь с подругой встречаюсь.