— Ты думаешь, я боюсь поповскую водицу? — зло крикнула она и попыталась ухватить меня за плечо.

Я наотмашь бутылкой ударил назад и, по всей видимости, куда-то попал. Раздался сдавленный вскрик, а следом звук падения. Не останавливаясь, я выскочил в коридор. Пробегая мимо Константина, который начинал подниматься, я что есть сил зарядил ему ногой по морде. Даже пальцы отбил, хотя и был в зимних ботинках с толстой твердой подошвой. Костя отлетел в сторону и остался лежать, а я, что было сил, помчался вниз по лестнице, выскочил в коридор, перехватил Катю на руки и быстрым шагом понес ее домой.

Побег из прошлого — 2. В этот раз я не в лаптях, не обмотанный для тепла старой льняной веревкой, не промокший и не продрогший до костей. В этот раз мне тепло. Даже жарко. И радостно!

На адреналине я с Катей на руках бежал чуть ли не до самой Большой Московской улицы. Прямо в гору. Один раз остановился, буквально на пару секунд. Перевести дыхание и перехватить руки.

Но, оказавшись на главной улице Владимира, почувствовал, что силы мои стали иссякать. Кое-как перебежав на другую сторону улицы, мы остановились, прижавшись к стене. Я наблюдал за выходом с того проулка, откуда мы только что выбежали. Прохожие изредка поглядывали на Катю. Она была дезориентирована. Походила на пьяную. На пьющую.

Отдышавшись, я подхватил ее под мышку и попытался вместе с ней пойти в сторону дома. Но она через пару шагов стала терять устойчивость и опустилась на землю. Пришлось снова взять ее на руки. Мышцы уже ныли. И, хотя дорога была преимущественно на спуск, я очень быстро выдыхался. Несколько раз останавливался, чтобы перехватить руки. Постоянно оглядывался. Но преследователей видно не было.

Мое сердце бешено колотилось. Я думал, что оно вот-вот выскочит из грудной клетки. В какой-то момент я чуть было не перешел в режим автопилота. Но, к счастью, вскоре показался дом. Это придало сил, я буквально пробежал арку и устремился к своей квартире. Дверь оказалась открыта. На пороге стояли Вера Михайловна и Малаш.

— Давай, неси ее сюда, — окликнула староста дома, освобождая проход в подвал. Я спустился вниз и уложил Катю на кровать, а сам бухнулся на колени, пытаясь отдышаться и собраться с мыслями.

— Ты быстро, — сказала Вера Михайловна, — я только-только печь растопила…

— Как она? — вмешался Малаш, подходя и осматривая Екатерину.

Та села, прижав к груди руки и тихо-тихо охрипшим голосом промолвила:

— Теперь нормально…

— Где Вы были? — продолжал Малаш, — Это он Вас похитил? Ваш сожитель Соколов Илья Александрович? Он наносил Вам телесные повреждения?

Катя слабо помотала головой и прохрипела:

— Нет, это они…

И заплакала.

— Ну, все-все, — добродушно сказала Вера Михайловна, укрывая Катю одеялом, — все уже кончилось, успокойся!

— Может, скорую вызвать? — спросил Малаш непонятно у кого.

— Нет, пока не надо. Они сейчас придут, — ответила Вера Михайловна.

В этот момент на лестнице послышались шаги и голос:

— Олег, к дому подошли какие-то бомжи — старуха и мужик, — кричат, чтобы он вышел.

Он — это я. Я повернул голову и увидел еще одного парня. По всей видимости, коллегу Малаша. Поднявшись с пола, я вместе со всеми направился к входной двери в дом. Приоткрыв дверь, я увидел Маришу и Костю. Костя стоял с солидной гематомой на левой стороне лица.

— Что ж как не вежливо? — спросила Мариша, увидев меня. — Ворвался в наш дом, забрал, что тебе не принадлежит.

— Катя не твоя! — вырвалось у меня.

— Думаешь, твои друзья тебе помогут? Нет, ты только нажил себе лишних проблем! Пока не поздно, отправь смертных по домам. И дай нам зайти!

— Скажи, что разрешаешь им зайти, — прошептала мне на ухо Вера Михайловна.

— Что? — обескураженно спросил я. Это в мои планы вообще не входило.

— Скажи, что пускаешь, — твердо повторила соседка, — ну!

— Заходите! — крикнул я.

— А твои гости? — с неприязнью спросила Мариша. — Точно не хочешь их выпроводить?

— Мы тут побудем, посмотрим, — крикнул второй полицейский.

— Ну, как знаете, — криво усмехнулась Мариша и пошла к двери.

Костя последовал за ней. Но когда им оставалось буквально несколько шагов их движения вдруг стали замедленными. Будто кто-то поставил мир на паузу, а потом раз в восемь снизил скорость воспроизведения. Мариша и Костя не остановились. Они продолжили свое движение. Только в очень замедленном темпе. С каждым мгновением их внешность стала преображаться. Мариша из старухи стала превращаться в молодую черноволосую и темноглазую статную женщину в длинном черном платье, а Костя, наоборот, старел, худел и рос. Становился еще безобразнее. Сухая, покрытая шрамами, светло коричневая кожа обтянула его череп, глаза ввалились. На голове, откуда ни возьмись, появилась металлическая корона, а на теле — длинная, рваная внизу железная кольчуга.

— Смотрите! Я же говорила, что они — демоны, — удовлетворенно заметила Вера Михайловна. — Это я опахивание сделала. Сразу как ты ушел. Не глубокое, но оно их силы истощит. Видите, они уже не могут удерживать свой людской образ! Пойдемте вниз!

После этих слов она захлопнула дверь и поспешила вниз. Мы с полицейскими последовали за ней.

— Дениска, что там было? — нетерпеливо спросил Малаш, — Я ничего не видел…

— Что-то непонятное, — искренне заявил второй полицейский, — старуха с мужиком превратились в красавицу и мумию. Какой-то гипноз что ли…