Я только покачал головой, слушая местного автолюбителя. Те самые кольца, что я видел здесь почти во всей технике, оказывается, были встроены здесь в днище, будучи чем-то вроде разъёма в электрокаре. А как дополнение, благодаря им, машина ещё могла и летать по океану, но это не входило в её основную задачу.

Так, за разговорами, мы и ехали по оживлённым в этот час улочкам. Студенты в разной учебной форме толпились на остановках, мимо которых проносилась «Сюрбос», порой забиваясь в подъезжающие трамвайчики, как сельди в бочку. Разве что специальных заталкивающих сотрудников, как в японских железках и в метро, что-то не наблюдалось! Как их там звали… А, да «Осия’»!

Но это ещё ладно! Буквально потрясли меня своей клишированностью нет-нет да и пробегающие по в этот утренний час по улице девчонки с зажатыми во рту кусочками хлеба… И я, даже не выдержав происходящего, хлопнул себя рукой по лицу, когда одна такая «спортсменка», добежав до угла дома, со всей дури влетела в какого-то пацана.

Что там у них дальше происходило, появился ли рядом с ними розовый фон с сердечками, как то должно было бы быть у японцев, или как среди родных берёзок эти двое разбежались, матернув друг друга напоследок, я уже не увидел. Да и, честно говоря, знать даже не хотелось. Особенно видя ухмыляющуюся морду Лариса, который то ли веселился над незадачливой парочкой, то ли потешался над моей реакцией.

— «Высокоградское»… — прочитал я название школы, к которой ныне был причислен, расположенное совсем не по-русски, сбоку на табличке, прилепленной к массивному столбу школьных ворот. — Семнадцатая городская общеобразовательная школа.

«Школа?!! Обычная школа? — мысленно возопил я, потому как думал, что везут меня в какой-нибудь ВУЗ, ну на худой конец в высшую школу чего-нибудь там, всё-таки город этот аж целый академический, да и людей младше семнадцати в нём было очень мало. — Какого чёрта я должен опять ходить в школу?!»

— Хм! Повезло тебе, Эсток, — не зная о моих терзаниях, покачал головой начальник участка. — В хорошее место с самого зачисления определили… Завидую! Я первые два года вынужден был учиться в семьдесят первой, покуда меня в Дисциплинарный комитет не приняли и автоматом в тринадцатую не перевели. А там, я тебе так скажу… та ещё клоака была! Ладно… Приятно познакомиться было. Ты иди, а то опоздаешь. Видишь, тебя глава студенческого совета уже срисовала и ждёт!

И действительно, возле открытых школьных ворот стояла очень даже вкусная парочка. Одна прямо-таки шикарная девушка блондинка в очках, лет двадцати на вид, то и дело останавливала проходивших мимо учеников и, похоже, делала им замечания, а некоторым даже устраивала досмотр сумок. Подруга же её, похоже, изображала из себя живую статую или солдата, несущего караульную службу у вечного огня, потому как за всё то время, покуда я за ними наблюдал из машины, ни разу не шевельнулась. И это при том, что «активная» всё время неодобрительно косилась в нашу сторону.

— Ну… я пошёл сдаваться этой явно суровой женщине, — я, вдохнув, пожал руку Ларису, после чего принялся выбираться из его авто. — Увидимся ещё, думаю. Но если она сейчас чего со мной сделает, не поминай лихом!

— Иди уже, — фыркнул парень. — А увидимся мы сегодня вечером. Я на твоё испытание приду. Поболею!

Первое, что бросалось в глаза, так это то, что ученики на территории школы были в основном в форме двух цветов. Красной с тёмно-бордовыми вставками и белой с фиолетовыми. И нет, это было не деление на мальчиков в таком, а девочек в таком, как можно было подумать. Форма разных полов просто сама по себе была разной, но при этом либо красной с бордовым, либо белой с фиолетовым.

В чём же стоит разница, мне ещё только предстояло узнать, но намётанный глаз сразу же приметил у красно-бордовых под пиджаком, который у некоторых был не застёгнут, так это нечто, напоминающее поясную кобуру, и ременную систему для кобуры скрытого ношения. При этом становилось очень забавно наблюдать за девчонкой, проверяющей приносимые в школу сумки, которая прямо-таки демонстративно не замечала этих предметов у инспектируемых.

— Инкорский или Вягинцев? — тут же спросила она, стоило мне пройти сквозь ворота, словно я вдруг стал для неё видимым.

— Эсток Инкорский, — ответил я.

— Хорошо, — как-то довольно кивнула она, — меня зовут Юнора Святичкова, я, председатель студсовета школы «Высокоградское». А это мой заместитель Клионора Вутич…

В тот момент, когда неподвижную девицу представили, она вдруг ожила и степенно кивнула мне. После чего слова замерла, как изваяние, не обращая внимания ни на что. Кстати, в то время как госпожа председатель была одета в белую форму, ей спутница носила красную. И пусть пиджак у неё был тщательно застёгнут, там, где располагалась поясная кобура, можно было заметить небольшую выпуклость, которой у её начальницы не имелось.

— Сегодня вы должны получить форму и все необходимые для обучения вещи, перед тем как мы проводим вас в класс, — продолжила очкастая блондинка. — Так что, пожалуйста, постойте рядом с нами, покуда мы ждём Вягинцева, после чего Клионора проводит вас на выдачу и в раздевалку.

— Форму я только что получил вместе с новой работой, — сообщил я, чуть приподняв напечатанный при мне же пластиковый пакет, куда интендантом были уложены все пять изготовленных для меня комплектов.

— Это форма, которую вы будете носить после окончания занятий, — устало покачала головой блонди, прикрыв глаза и всем своим видом показывая, как же она устала от глупых людей. — Школьная форма обязательна к ношению в учебное время и в городе, если…