Пнув первого ногой в лицо, повалил его на землю.

— Я тебя могу убивать столько, сколько захочу, — сказал ему, наклонившись. — И это был только второй раз…

Небольшое усилие, и он обмяк.

— Ты не испугалась? — повернулся к Еве.

Спрашивал я одно, но поняла она совсем другое.

— Это немного пугает, да… Но я понимаю.

До меня с задержкой дошло, что испугалась она вовсе не эту падаль.

— Я…

— Всё в порядке, — поспешно сказала Ева и схватила меня за руку. — Пойдем отсюда.

— Идем в храм, надо остальных предупредить.

— Ты расскажешь о том, что случилось?

— А ты хочешь, чтобы они кого-то изнасиловали, одурев от безнаказанности?

Я уж молчу про то, что этот тип второй раз подряд за короткое время творит какую-то дичь.

— Я… Нет.. Ты прав. Просто жизнь меня к такому не готовила, — призналась девушка.

— Никого не готовила, — вздохнул я. — Прости, напугал тебя. Разозлился, когда представил, что они могли с тобой сделать.

— Так волновался за меня? — улыбнулась Ева.

Улыбнулась почти настоящей своей улыбкой, которая чуть растопила то напряжение, которое повисло между нами.

Самое необычное во всем этом, благодаря частично вернувшейся памяти, я смог разобраться, почему меня тогда так переклинило во время нападения нежити, и я бросился спасать девушку, забыв обо всём.

Это было желание спасти кого-то другого. Не Еву.

Кого-то из прошлой жизни. Другую девушку? Нет, по ощущениям, это не то. Сестру? Уже теплее, но точно я сказать не мог.

Получается, Ева мне напомнила кого-то из прошлого, поэтому я так и среагировал на неё. Но то было пару дней назад. Сейчас же я смог отделить те чувства от интереса к самой Еве. И меня разозлили именно угрозы по отношению к ней.

Во всех этих чувствах и голову сломать можно.

— Конечно, волновался, — ответил ей.

Мне и в голову не пришло, что это нужно утаивать.

— Пойдем отсюда, — улыбнувшись чуть теплее, Ева увлекла меня с пустой улицы, если не считать пары людей, что наблюдали за нами из окон.

Какое-то время шли молча, а потом Ева выдала:

— Ты изменился.

— Да?

— Да. Когда я тебя впервые увидела, ты был одиночкой, что сидел на крыше. Потерянный и не понимающий, что происходит. Сейчас же в тебе появилась жестокость. Это меня и напугало.

— Это плохо? Про жестокость.

— Будь мы в прошлом мире, я бы сказала, что да.

— А сейчас?

— А сейчас я ни в чем не уверена. Они ведь возродятся, поэтому это даже убийством назвать нельзя, — вздохнула она. — Получается, тех людей на площади тоже ты…

— Да. Воспринял их как угрозу, и… получилось то, что получилось.

Говорю и слышу, насколько жалко это звучит.

Снова повисла тишина. Это толкнуло меня задуматься, а чего я вообще с Евой вожусь?

Холодная, циничная мысль, говорящая, что одному проще. Пока Матвей играет в лидера, я могу рвануть к чужим крепостями и при небольшой толике везения поднимать уровни. За короткий срок подняться настолько, что меня уже никто не остановит.

Так почему же я сегодня остался здесь? Почему переживаю о девчонке, которую знаю меньше недели?

Спрашиваю себя и получаю однозначный ответ.

Потому что хочу остаться человеком.

— Кому-то срочно нужно снять напряжение, — Ева берет меня под локоть и чуть толкает.

В тот момент я жалею, что остался без памяти, потому что не могу разобрать, что значат её интонации.

— Как?

— Ну… А как обычно снимают напряжение? — в её голосе появляется смущение с азартом.

— Не знаю. У меня же памяти потерялась.

— Жаль, очень жаль, — смеется она, а потом резко меняет тему: — Драк. Ты хороший и делаешь то, что должен.

— Главное, — отвечаю я, — что для тебя я абсолютно безопасен.

— Правда? — спрашивает Ева, остановившись и заглянув мне в глаза.

— Да, — говорю без капли сомнений.

— Настоящий дракон, — ее лицо озарила улыбка, а глаза блеснули, как в первый раз, когда я ее увидел. — Спасибо тебе. Я ценю, что ты оберегаешь меня, хоть мы и мало знакомы.

Мы стоим, смотрим друг на друга, пока оба не смущаемся и синхронно не продолжаем идти.

— Расскажи, как твоя тренировка, — говорю я. — Видел, из лука начала стрелять?