— Ребята, привезу «скелет», вот и копайтесь в нем! Некоторые вещи на пальцах не показать!

— А когда привезешь? — не унимался Толя.

— Надо согласовать вопрос с директором лицея, найти подходящую машину для перевозки, — я поглядел на Лидию, которая мужественно осталась со мной, когда все остальные покинули мастерскую. — И Булгаковых предупредить.

— У нас есть свой фургон, специально предназначенный для транспортировки, — сказал Зворыкин. — Здесь не вижу никаких проблем.

— А мы сходим к Дмитрию Сергеевичу, — решила Лида. — Уверена, он не откажет в просьбе.

3

Нам повезло, что Разумовский еще не уехал домой. Он выслушал нас внимательно и почти сразу же разрешил заняться перевозкой УПД в мастерскую лицея. Сам позвонил Зворыкину и дал устное распоряжение, как только появится возможность, послать машину в поместье Булгаковых вместе с техниками.

— Надеюсь, Андрей Георгиевич, вы решите вопрос с бывшими опекунами по допуску машины на территорию поместья? — спросил директор у меня.

— Не сомневайтесь, Дмитрий Сергеевич, — убедил я Разумовского. — Меня всегда рады видеть. Проблем не будет.

— Ну и хорошо, — расслабился директор. — Как только договоритесь о сроках, сразу известите меня.

Мы попрощались и вышли из кабинета, миновали пустующее фойе со скучающими охранниками. Я открыл дверь, галантно пропуская Великую княжну на улицу, получил благосклонный кивок.

— Вчера разговаривала с папой, — не обращая внимания на засуетившуюся личную охрану, Лида остановилась на лестнице. — Он хочет, чтобы ты вместе со мной поехал в италийские княжества. Намечается серьезное соревнование между европейскими лицеями и университетами с хорошими призовыми. Как ты на это смотришь?

— Если будет на то высшее соизволение и разрешение моего отца — почему бы и нет? — обрадовался я.

— Высшее соизволение, считай, у тебя в кармане, — улыбнулась Лида. — Официальное приглашение получишь попозже. А вот со своим отцом разбирайся сам. Я не сомневаюсь, что Георгий Яковлевич не станет препятствовать сыну съездить за границу и поучаствовать в боях. Для тебя это будет замечательный опыт.

— Придется готовить «скелет» для тяжелых боев, — я задумался.

— Да, там будут очень сильные пилоты, некоторых из которых ты уже знаешь.

— Ага, понял намек.

— Ладно, до завтра! — рассмеялась Лида и зацокала каблуками по лестнице. Тут же подкатил солидный «хорс» с императорским гербом, один из охранников распахнул заднюю дверь для Великой княжны, что-то сказал в переговорное устройство.

Машина рванула с места и понеслась к воротам, где ее дожидались два массивных внедорожника сопровождения. И это помимо тех двух бронеавтомобилей, постоянно дежуривших возле входа. Личный автомобиль Лиды Мстиславской тоже постоянно находился на территории лицея

Я проводил взглядом кавалькаду и направился по дорожке к выходу. Куан, дождавшись отъезда Великой княжны, мягко подкатил на «Фаэтоне», забрал меня и рванул домой.

— Что у нас по плану? — спросил я, разглядывая из окна машины суету большого города.

— Обед, тренировка, личное время и легкая пробежка по парку, — отчитался Куан.

Чтобы не терять время, я нашел на телефоне номер Светы Булгаковой и нажал на пиктограмму трубки. Ответила моя «сестра» довольно быстро, как будто только и ждала моего звонка.

— Привет, Вик! — в голосе Светы слышались радостные нотки. На душе потеплело. — А я уже переживать стала, что ты забыл меня! Рада тебя слышать!

— Привет, Света, я тоже рад! — откликнулся я. Несколько минут прошли во взаимных вопросах и ответах, о жизни и здоровье, о делах родственников. — Я к тебе по делу. Хочу забрать свой бронекостюм. Ты не могла бы поговорить с отцом, когда будет удобнее к вам заехать?

— Не вопрос, поговорю сегодня вечером и отзвонюсь, — ответила девушка, и попрощавшись, отключилась.

Приехав домой, я сразу пошел в душ. Накатило какое-то странное чувство, как будто из моей жизни выдернули стержень, питавший меня энергией. Все вдруг стало размеренным, обыденным и скучноватым. Дом, учеба, занятия — это совсем не то, что было раньше, когда страх смерти витал над головой, когда я с бешеными ударами сердца противостоял магическим атакам на Болотном и пану Богумилу. Захотелось чего-то безумного, что раскрыло бы мой потенциал, расправило крылья свободы и наполнило само существование полезностью.