— А зачем нам другая машина? Такое сближение мне по душе. Но в нем не хватает справедливости: право прокатиться на заднем сидении должно разыгрываться перед каждой поездкой… всей компанией, включая тебя!

— Ну вот, не успела освоиться, как отбивает мужика! — «расстроено» вздохнула Язва, а затем перестала валять дурака и посмотрела на веселящуюся Императрицу:

— Дарья Ростиславовна, Берестову загрузила, аппаратуру получила, вина и коньяк забрала. Что-нибудь еще?

Государыня поплыла взглядом, несколько секунд что-то обдумывала, а затем лукаво улыбнулась:

— Ага. Пришло время для самого главного: Ратибор Игоревич?

— Да, Дарья Ростиславовна?

— Это ваше! — заявила она, извлекла из кольца три футляра с гербами Империи на верхней поверхности, протянула мне и посоветовала побыстрее обновить личный идентификатор. А потом посмотрела на подобравшихся девушек и… подставила меня по полной программе: — Баламут у вас юноша скромный, но вы для него не чужие. В общем, подберете правильные ключики — сунете носики в каждую коробочку…

…Всю дорогу до нашей «Молнии» дамы держали себя в руках и ничем не показывали своей радости, хотя не владели взором и не видели ни одной из многочисленных микрокамер. Зато после того, как забрались в несчастную машину, не рассчитанную на такое количество пассажиров, и дождались щелчка центрального замка, восторженно заверещали. Принцесса, в основном, благодарила нас с Шаховой, блондиночки строили грандиозные планы, а Язва оправдывала свое прозвище. После того, как я вырулил из гаража, и в лобовое стекло ударило ослепительно-яркое солнце, Ярина как-то резко вспомнила о том, что прилетела не куда-нибудь, а на море, и полюбопытствовала, когда мы собираемся на пляж:

— Народ, а в наших планах есть солнце, море и песок? А то вы уже более-менее подзагорели, а я бледная, как поганка!

— Для начала не мешало бы плотно пообедать… — с абсолютно серьезным лицом начала глумиться Шахова. — Потом отправиться в набег по магазинам, ибо свите Вашего Императорского Высочества как-то не комильфо выходить в свет старых купальниках, определиться с протоко-…

— Язва, у тебя совесть есть?!

— Даже не знаю… — притворно вздохнула Лариса Яковлевна. — С тех пор, как я попала под влияние харизмы Баламута, я живу одним Желанием. А все остальное, если и сохранилось, то никак себя не проявляет.

Как и следовало ожидать, тему радостно подхватили и развили сестры Нелюбины:

— Если мы постоянно находимся рядом с ним, а харизма в принципе не отключается…

— …то поездка за купальниками действительно нужна, так как ускорит появления этого самого Желания и у нас!

— Ох, кто-то у меня сейчас дошутится… — «грозно нахмурился» я, посмотрел на блондиночек в зеркало заднего вида, «заставил их зардеться» и перестал валять дурака: — Рина, а если серьезно, то что у тебя с купальниками?

— Двенадцать штук и гора одежды на все случаи жизни: я ж жила в комме все время, пока эти вредины тут развлекались, и не только страдала, но и готовилась!

— Понял. Тогда загоняем машину в гараж, сооружаем гору бутербродов и бежим на пляж. Кстати, о беге: ты с нами тренироваться планируешь?

— Конечно! — выпалила она еще до того, как я договорил. Потом немного поколебалась и спросила, может ли она задать мне личный вопрос. А после того, как увидела утвердительный кивок, подалась вперед и уперлась плечами в спинки передних кресел. Видимо, для того, чтобы «побыстрее» услышать ответ: — Мама собиралась подарить вам с Язвой свой домик. Вы приняли этот подарок?

— Да, а что?

— Оставаться в вашем нынешнем я не смогу — это небезопасно. А в том могу ночевать хоть каждую ночь — матушка разрешила.

— У нас есть свой домик? — заинтересовалась Лариса. — И где?

Я протянул ей нужный инфокристалл и предложил посмотреть самой.

Женщина подключила его комму, открыла нужный файл и восхитилась: — Место — улет! А домик… домик… Где тут у нас поэтажный план? Два этажа над землей, четыре — под… ОГО!!!

— Что «ого»?! — хором спросили мы.

— Спортзал, тир для практической стрельбы из короткоствола, бассейн, сауна, хамам, убежище глубокого залегания…

Я мысленно повторил словосочетание «крошечный домик» и, видимо, выдал свои мысли, так как принцесса успокаивающе дотронулась до моего плеча:

— Рат, ты видишь форму. А надо содержание: мама подарила вам не здание с дорогой начинкой, а свои самые сокровенные мечты!

«В каком смысле?» — хотел спросил я, но сдержался. Как оказалось, зря — принцесса вдруг потемнела взглядом и решительно приоткрыла одну из тайн своей семьи:

— Ее брак с отцом был политическим. Да, в нем когда-то были и любовь, и страсть, но все это давно отгорело, поэтому мама выполняет обязанности второго лица в государстве, блюдет свою честь, так как альтернатива не в ее характере, и мечтает хоть когда-нибудь сбросить с плеч ярмо осточертевшего брака, а папа живет полноценной жизнью, то есть, большую часть свободного времени проводит в постелях фавориток. Увы, ни одна из четырех попыток мамы добиться развода не увенчалась успехом, и домик, в который было вложено море любви и надежды, так ни разу и не пригодился. А теперь задумайся вот о чем: по-настоящему близких людей у мамы только двое — я и Язва. И она за нас страшно переживает: после разговора, в котором Лариса заявила, что уйдет с тобой за Стену, матушка заперлась в своей спальне, насмотрелась записей с еще одной, но давно погибшей подругой, и с утра вышла на завтрак с опухшим лицом. А через несколько часов во время официального приема придралась к какой-то фразе британского посла и отвесила ему убийственную пощечину, хотя знала, что этот поступок вызовет не только дипломатический скандал, но и дикую ярость отца. Слава богу, ты вернул Шахову обратно, да еще и откачав от тяжелых ранений, и мама снова расцвела. В общем, повторяю еще раз: она подарила самые сокровенные мечты и несбывшиеся надежды не абы кому, а тем, кто ей действительно дорог…