Он попал в иллюзию Лешего. Куда ни пойди — везде бесконечный лес. Одна тропа, ведущая в никуда. И нет выхода из ловушки сей, покуда спутал лесной демон все пути возможные. Оставалось только бежать.

Только Хог был готов к такому. И подле него летящий Пряник тоже, носом втягивая воздух.

— Направо. Налево. Ясень, — сообщил енот о местонахождении схоронившегося врага.

Хог хмыкнул. Со скоростью молнии он вырвался вперёд, оторвавшись от преследующих его острых веток. Затем свернул влево и, подпрыгнув, нанёс сокрушительный удар кнутом по ясеню, коим был Леший. Жуткий звук разлетающихся щепок огласил поляну вперемешку с громким падением демона на землю. Его тело больше ничего не защищало.

А дальше всё происходило как в киношном «slow-mo»: Леший поднимается на ноги, но перед ним на корточки спрыгивает плотоядно улыбающийся Хог.

— Время кончать, хе-хе, — пафосным голосом говорит он.

Удар спереди. Удар справа. Сбоку. Сверху. Снизу. Лимит буквально закружил вокруг врага, словно заведённая юла, обрушивая на орущего от боли демона сто пятьдесят кулачных ударов. Они прилетали одновременно, точно и быстро — словно шаровая молния, настигшая свою цель.

А потом кросс объятого бело-жёлтым светом правого кулака с хрустом врезается в Лешего, и демон с донельзя ужасным грохотом влетает в дуб, ломая его собой. Один из рогов не выдержал такой силы и отлетел от головы противника — и был тотчас пойман Пряником. Зелёные очи потухли. Леший, обмякнув, шумно рухнул на землю пластом.

Он проиграл.

— Вот тебе кара Перуна, ха-ха! — победно усмехнулся Хог, гордо ткнув себя в грудь большим пальцем.

— Молодец, Кнутик! Отличная работа! — поздравил хозяина Пряник, принеся ему его честно заработанный трофей.

— Без тебя бы я не справился, малыш, так что эта победа — общая.

Лимит выставил ладонь, и энергичный енот хлопнул по ней мягкой лапкой.

Хог не хотел просыпаться. Уж слишком мягок был кожаный чёрный диван профессора Сахарова, на котором Лимит досыпал оставшуюся ночь. А ещё не слишком радовало юношу то, что сегодня ему придётся заново знакомиться с кордоном «Луч», но уже в качестве охотника-волонтёра. От этого никуда не деться, безусловно, — однако приступать к сему не хотелось в ближайшее время.

Вернувшиеся с задания Хог и Пряник объявили об успешном завершении миссии, и Макс, коротко сказав:

— Я в тебе не ошибся, сынок.

…вручил ему эмблему синего орла. Теперь она красовалась на его левом предплечье, как бы объясняя, к какому союзу принадлежит Лимит. Пряник повязку не получил, но оно и понятно: он — не охотник, только питомец.

Хог вытянулся на диване во весь рост и громко зевнул. Уже утро, судя по освещению в кабинете Сахарова. Пряник мирно дремал на спинке дивана в позе свернувшейся кошки.

Хог причмокнул. Лёг на правый бок, глядя сквозь приоткрытые веки.

— А-а-а, чудище, страшила, пугало!!!

И с таким дичайшим криком подскочил с дивана, что Пряник, славящийся глубоким сном, тоже проснулся. С визгом.

— Ты кто, грызло мне в пятку? — орал Хог.

Данное обращение было адресовано девушке, испугавшейся не меньше волонтёра (и то лишь потому, что он орал). Она тоже закричала от страха и едва со стула не свалилась, но, благо, удержалась. С виду ей можно было дать восемнадцать лет: причёска с каре лесенкой шоколадно-орехового окраса имела чёлку, ложащуюся на правую сторону; большие глаза не то кровавого, не то рубинового цвета не без паники смотрели прямо на Хога, а светло-розовые губы приоткрылись, как будто произносили протяжное «О».

— Сварга Небесная! — низкого роста шатенка схватилась за сердце и произвела несколько резких выдохов. — Нельзя же так пугать! Я чуть не умерла от страха!

— Ах, ну, прости, я… Так, подожди! — Хог помотал головой. — Это ты меня напугала! Я бы не заорал, не сиди ты близко и не смотри на меня впритык!

— Я?

— Да, ты!

— Кнутик, остынь, — Пряник опустил лапу на чёрную макушку, дабы Лимит покончил с обвинениями, и посмотрел на незнакомку. — Прости его, пожалуйста. Он не со зла.

— Да я не обижена ничуть, я… о, Боже.

Девушка закрыла лицо ладонями и покачала головой. Хог не без стыда переглянулся с Пряником.

Да уж, утро выдалось очень добрым.

— Папа приставил меня к тебе на сегодня в качестве сопровождающего. Вот, — объяснилась незнакомка и свела коленки вместе, опуская смущённый взгляд. — Зовут меня Юля, я — твоя будущая напарница по команде. В-вот…!

Юля после каждого предложения, когда ей было дико неловко, добавляла: «Вот», что Хог заметил сразу. Выглядело и звучало это довольно мило, однако Лимиту вдруг захотелось вздёрнуться. Для него, не выносящего телячьих «соплежуйста» и прочей милой хрени, подобное видеть — и слышать! — сродни голым по городской площади пробежаться.

Хог изучающим взглядом скользнул по Юле. Стройная, симпатичная молоденькая девушка, явно фанатка рока: расстёгнутая чёрная мастерка (на размер больше), под которой находится облегающий чёрно-красный топ с частично открытым животом, короткие чёрные шортики и коричневые сапоги. На шее она носила… красный ошейник с жёлтыми шипами. На бёдрах, в кобурах, находились серебряные пистолеты.

— Пожалуйста, не смотри на меня так, — покраснела ещё гуще Юля и пальцами затеребила красные края мастерки. Хог дебильно округлил глаза.