Здесь местные лисы явно заволновались. По крайней мере, Кацивару попробовала объяснить мне, что эта степь, которая называлась Степь Мертвых, очень опасна.

— А почему опасна? И почему ее так назвали? — поинтересовалась фея.

— Она мертва, в ней нет ни одного живого существа. А если долго находишься на ее территории, то можно сойти с ума, Степь захватит тебя и превратит в безмолвного исполнителя своих приказов. Ты утратишь свой разум! В нее никто из живущих в Нихоне не рискует ходить. Не ходите туда, хозяин!

Кицунэ явно волновались. Я чувствовал охвативший их страх. Но выбора у меня, увы, нет.

— Говоришь, никто из живущих не ходит? Ну я не из империи Нихон. Вариантов у нас нет. Мы пойдем и найдем то, что нам нужно. Но, если хотите, можете остаться здесь.

Мое предложение испугало их гораздо больше, так что пришлось им преодолеть свой суеверный страх.

Спустя полчаса мы наконец добрались до нужного нам места. Вход в бункер был никак не замаскирован. На равнине возвышался небольшой курган. У его подножия, выложенного бетонными плитами, красовалась массивная, слегка проржавевшая металлическая дверь. Я сразу заметил две турели над ней, но, судя по тому, что на наше появление они никак не прореагировали, видимо, сломаны. Ну и, понятное дело, уже традиционный отпечаток ладони на воротах с мигающим красным огоньком.

— Что это? — не выдержала Кацивару, с изумлением рассматривая ворота.

— Ты подобного никогда не видела? — поинтересовался у нее.

Те же Древние и в местной Японии должны были жить. Кстати, интересно, а здесь вещи Древних имеются?

— Древние, — тихо ответила высшая на мой вопрос, — боги, которые жили очень давно. Это боги. Мы наследники богов и не тревожим их покой. А степь — их древний дом.

— Долой суеверия! — фыркнул я. — Построились!

Мой боевой гарем выстроился в традиционное построение. Гхара и Диана встали впереди, по две кицунэ я поставил по флангам. Они кстати выглядели как идущие на смерть гладиаторы-новички. Но героически пытались перебороть откровенный страх. Я баффнул отряд, все, кто мог, вызвали щиты, только после этого шагнул вперед. Ну а дальш все как обычно. Замигала тревожным красным светом не замеченная мной ранее лампочка над воротами и зазвучал металлический голос.

Внимание… Проникновение на режимный объект.

Внимание… Проникновение на режимный объект.

Пройдите верификацию или через сто двадцать секунд будете уничтожены!

Отсчет начат: 120… 119… 118… 117…

— Да знаю, знаю, — проворчал я и положил ладонь на дверь. Почувствовал легкую вибрацию.

Верификация успешно пройдена.

Вы можете войти.

Дверь пришла в движение, и я, отдернув руку, отступил на несколько шагов, сразу вызвав огненный и воздушный щиты.

Внимание!

Освободите бункер богини Аматэрасу

Награда

Уровень + 1

Очки навыков + 2

Награда богини Аматэрасу

Дверь отъехала в сторону, открыв вход в широкий, подсвеченный аварийным светом коридор. Я отступил за наших танков, и после очередной команды наш отряд ощетинившись катанами, мечами и автоматными стволами двинулся вперед.

Бункер отличался от тех, что были до этого. Какой-то он колоритный, что ли… Сразу видно — Япония. Самобытная страна… Нет, вроде все то же: бетонный пол, бетонные стены. Но на этих стенах буквально каждые пять метров было изображено прекрасное женское лицо в сполохах пламени.

— Хозяин, это ками Аматэрасу — великая священная богиня, сияющая на небе, — тихим благоговейным голосом сообщила мне Кацивару, когда я негромко осведомился, что это за рисунки. — Хранительница империи Нихон!

М-да. Чинопочитание, как я помнил еще по анимэ, что создавал и переводил в своем старом мире, было всегда широко распространено в этой стране. Эти бесчисленные «сан», «тян», «кун», «сама» и прочая фигня… всегда, кстати, в них путался. Но, слава Кицуре, в империи Нихон этого мира, видимо, ими не особо пользовались. По крайней мере, пока не слышал подобных обращений.

Кацивару не удержалась и как старшая среди кицунэ задала вопрос о том, почему у нас в руках оружие Древних. Выяснилось, что оно, это самое оружие, в Нихоне было не то чтобы под запретом, но на людей, его коллекционирующих, смотрели косо. Оказалось, что подобное собирательство — прерогатива императорской семьи. Ну и, как и в Российской империи, считалось что это нерабочие предметы. Почему она заметила это именно сейчас, а не например во время поединка, я ведь там его использовал, не знаю. Но пришлось объяснить, что это действительно смертоносное оружие.

Тем временем мы двигались по коридору уже минут десять. И пока никого не встретили. Нас окружала полная тишина, которую нарушал только звук наших шагов. Но вот наконец появился свет в конце тоннеля. В полном смысле этого слова. Аварийный свет сменился ярким светом ламп, расположенных где-то над нами, и мы оказались на большой круглой площадке, от которой лучами в разные стороны расходились три коридора. В центре площадки возвышался небольшой белокаменный фонтан, над которым торчала такая же белокаменная статуя обнаженной женщины.