Понятно. Обычных голодранцев к королю не подпускают. Не дай бог, ещё аппетит его святейшеству отобьют. Подставные морды готовят заранее.

— Давай, Крис, увидимся! — я потряс в воздухе кулаком.

Тот стоял в дверях и смотрел на стражников так, будто одно моё слово сдерживает его от того, чтобы он их всех на куски покромсал. Кивнул мне и спрятался в храме.

Отвели меня на базу к Мещерскому, переодели в приемлемые шмотки, посадили в комнату ожидания. Времени было ещё много. Я попробовал узнать у местных охранников — как там мои Архип и Седой поживают. Но мне популярно объяснили, что лучше сидеть и помалкивать.

Принесли поесть, а через пару часов начался движ. Я только и слышал, как за дверями железные составы королевской гвардии ходят. Будто товарняки: туда-сюда, туда-сюда. Если бы в моей старой деревянной башне встреча проходила, то всё — хана. Все бы уже под обломками лежали.

Потом вывели меня из комнаты. Приказали в коридоре ждать. Бабы какие-то в нарядах пришли, цыганка та самая, потом чувак в белых колготках. Я поначалу подумал, что у короля вкусы специфические, а потом допёр — это же шут!

Шута, конечно, нашли второго сорта. Из-под мусорки забрали не иначе, с расстояния ещё более или менее прилично выглядит, а вблизи — оборванец. Вся одежда в затяжках, перегаром воняет… Держите вы его лучше подальше от короля, а то может быть не до смеха.

Построили нас в ряды, будто на линейке. Одни туда, другие сюда, третьи стоят — команду ждут. Я пошёл по тихой грусти. Заметил у одной из дверей много охраны. Кто-то прошептал, что там король отдыхает. Ждёт, пока все хари намоют, стишки отрепетируют и в шеренги выстроятся.

И тут я подумал, а не заскочил ли мне к нему на пять минут поболтать?

— Доброго дня, уважаемый и богом помеченный величественный охранник его величества короля, — сказал я главному охраннику.

— Чё те, бля?!

Ничё бля! Чучело железное! Ишь ты, весь такой никелированный, точно железный человек. Только этот ещё и острый со всех сторон. Куда ни глянь, везде на броне засечки, заусенцы, штыри. Такой на тебя свалится — вылезешь из-под него как после чеснокодавки. Вот бы ему туда крысу под нагрудник закинуть. Посмотрели бы шоу.

— Э! — он снова подал голос.

— Вчера сон видел, как лично с королём разговариваю. Самым счастливым человеком на свете проснулся. Может, вещий? Пустите на минутку.

— Может тебя четвертовать?

— Ну нет, так нет.

Повели нас дальше. Ещё двадцать минут у зала мурыжили. С проходками кто-то напутал или что?! Ё-моё, что за организация?! А ничего, что здесь сам господин Глинский в очереди стоит?!

С горем пополам, когда уже солнце к земле пошло, запустили нас в зал. Остальные чины заняли почётные места. Вот значит как?! Нарочно меня Мещерский, страусиная голова, с чернью по коридорам водил. Ростопчина, Прокофий, Мещерский и Мясник-Исаев уже закуски топтали.

Ну ничего… мы гордые…

Место мне удачное досталось. Хоть и в самом конце, но зато рядом с Мясником. И только я сел, гонец в зал забежал. Подошёл и на ухо шепчет Мяснику. Слов я не разобрал, но по охреневшему выражению лица всё понял. Крис с пацанами начали своё дело.

Мясник распетушился, начал руками махать. Мещерский его на языке жестов в жопу послал. Нету ему дела до Мясника, сейчас король должен прийти. А Мясник так покраснел, что чуть не взорвался. Мещерский таки соизволил подойти.

— Грабят меня, господин Мещерский! — прошипел мясник.

— Кто? — спросил Мещерский и на меня посмотрел.

Ни фига себе! Если Глинский здесь, то больше грабить некому?!

— Не знаю! Охранника связали и таскают из поместья добро!

— Чёрт бы тебя побрал!

Мещерский подозвал Самсона и отдал приказ — идти на помощь. Самсон передал приказ — собирать людей — и вышел из зала. Будем надеяться, что Крис сумеет вовремя оттащить пацанов, пока Самсон не заявится. Хотя это будет непросто. Там столько добра, а охраны — два человека… Ну и придурка же к нам в Виктомск занесло.

Мясник-Исаев выпил три бокала вина и сгрыз в два раза больше ногтей. В зал вошёл король. Вот те раз! Я ожидал молодого увидеть, но молодость прошла. Вот батя же его — козёл. Только годам к пятидесяти тёпленькое место освободил. Седая борода, плечи, в лёгкой демисезонной броне и белом плаще. Явный закос под архангела Тираэля из дьябло.

Занял он самое крутое место, вокруг него все вьются, жужжат, стрекочут. Нас с насиженных мест подняли. Официальная часть пошла.

— Ну, рассказывай, — приказал король Мещерскому.