Шрифт:
Поднялся по ступенькам в поместье и напрочь забыл обо всём. Вокруг фонтана танцевали обнаженные девки, играла живая музыка, а Румянцев в халате ходил с бутылкой вина и менял пары.
— Присоединяйся, Максимилиан!
… … …
Храсанфу понравилось кличка, которую ему придумал господин Глинский, и теперь он просил, чтобы его так называли все. Даже ненавистный Пущик.
— Крис! — гордо сказал он.
— Да хоть Кристина! — крикнул Пущик. — Откуда у тебя столько денег?!
Крис сидел на пустой коробке за пекарней и ел посахаренные булки. В отвороте майки у него лежало ещё несколько пирожков с повидлом. Потом появился Пущик и началось.
— Заработал!
— Как?! На уродца Глинского ишачишь?!
— Не твоё дело!
— Сейчас будет моё!
Крис дёрнулся к дороге, Пущик наступил ему на ногу. Крис упал, выронил булку и несколько пирожков.
— Отпусти!
— В одиночку хомячишь, крыса!
— Не с тобой же делиться!
Пущик поднял один пирожок с повидлом, а второй раздавил ногой. Крис поднял камень и ударил Пущика в живот. Но бодаться с подростком на четыре года старше — не по шансам. Пущик разбил Крису губу, положил на землю и встал ногой на грудь. Загребущей лапой залез в карман и достал все деньги.
— Верни, а то я всё Глинскому расскажу!
— И что он мне сделает?! Глинский твой — трус, жмот и шестёрка Мещерского!
— А ты вор!
— И ничего не вор! — Пущик пересчитал деньги и положил в карман. — У Глинского все деньги ворованные, а воровать ворованное — это не воровство!
— Пошёл ты!
— Заткнись! Или сейчас так тебя разукрашу, что глаз заплывут! И хоть слово кому скажи!
Пущик замахнулся, Крис прикрылся рукой.
Закинув жопку от пирожка в рот, Пущик злобно посмотрел на Криса и пошёл переулками. Потемнело, домой идти перехотелось. А в бар нельзя. Рыбаки все деньги отберут, если увидят. Он свернул к рынку. Из продавцов остались только старушка с варёной кукурузой и дед с самогонкой. Пущик взял два початка и бутылку. Побежал к стене.
Забравшись в окно брошенного дома, Пущик прошел насквозь и вышел на поляну, среди которой валялись бревна. На одно сел, на другое закинул ноги. Выпил, закусил кукурузой.
Показалось, или кто-то шёл? Дрын с подельниками? Вряд ли. По вечерам они караулят рыбаков у бара и клянчат пиво. Рыбаки им дают. А потом ржут с них.
Пущик ещё откусил и снова повернулся. За полуразрушенной стенкой кто-то прошёл. Мелькнул тёмный плащ. Пущик поднялся и замер:
— Дрын?!
Кто-то обошёл заброшенное здание и вышел на поляну. Из-под черного плаща выглядывали иссохшие, но большие руки с окаменевшими когтями. Пущик проглотил слюну, подался назад:
— Я тут друга ждал… Но уже ухожу!
Капюшон был большим и широким. Им можно было укрыть целую бочку. А голова под ним — пупырчатая, точно гроздь кокосов.
Незнакомец повернулся. Лунный свет попал под капюшон. Пущик побелел и заорал всю глотку. Вот только голос его тут же оборвался. Неведомая сила вырвала из руки початок кукурузы, и тот пробкой залетел ему в рот. Пущик упал на спину и попробовал вырвать початок, но тот застрял намертво, точно вбитый гвоздь.
Демон вытянул руку ладонью вверх. Вместе с ладонью воздух взлетел Пущик. Затем демон подтянул Пущика к себе и полосонул когтями по горлу.
Последнее, что увидел Пущик — своё обезглавленное тело в метре от головы.
Глава 7. Всё «в порядке»
Кто-то усердно толкал меня в бок, а я отбивался и крыл матом. Чертовски хотелось спать.
— Вставайте, господин! Там толпа под окном!
— А?
— Толпа! — крикнул Дементий и показал на окно.
О, я был дома? Последнее, что помнил, вечеринка у Румянцева. Ну мы и дали там! Ха-ха! Как бы у меня между ног что-нибудь не отсохло после таких нагрузок. А Румянцев? Отсаженный на всю голову, конечно. Пил, ел и трахался, как заведённый. Есть на кого ровняться.
— Что там, говоришь? — спросил я, откидывая одеяло.
— Толпа!
Из окна я увидел сотню, а то и больше, голов. Вот чёрт!
— И чего они припёрлись?
— Не знаю. Я сразу вас побежал будить.
— Не хочется ещё один штрафной балл тебе давать Дементий, но как иначе?
— Помилуйте, господин.
— Может они соли пришли попросить, а ты сразу меня будить.
— Да, как же соли? Кричат, ведь.
Накинув халат, я перевязал его на поясе и спустился вниз. На первом этаже меня уже ждал Крис. Подал пистолет. Из кухни выглянула Раиса. Красивая, но недовольная. Нужно будет сказать ей, что в её зарплату входит хорошее настроение. За депресуху, панику и прочий гон отвечает Дементор. Этого дерьма и так с головой. Подхватив пистолет, я подошел к двери.
— Пристрелим парочку, а остальные сами разбегутся? — спросил Архип, держа наготове мушкет.
— Хоть одна здравая голова в доме, — я похлопал его по плечу. — Сначала спросим, чего хотят, а уж потом — твой план.
— Идёт! — Архип потянул затвор и открыл дверь.
Толпа с криками ломанулась на порог. Архип пальнул в воздух и отфутболил самых шустрых ногами. Слегка контуженная толпа отступила.
— Вы чего орете?! — спросил я.
— Пущик пропал!
— А? — я посмотрел на Архипа. — Что за Пущик?