– Гай, а тебе? – по-прежнему невозмутимо уточняет Джейс.

У мальчика тут же загораются глаза – он принимает игру.

– Одиннадцать!

Риган дарит Гаю одобряющую улыбку.

– Вот видите, мистер Морган, - снова переводит взгляд на того, кто начал этот бессмысленный диалог.
– За этим столом собрались не только представители разных планет, но и поколений. Вы, наверное, поэтому спросили про возраст?

?ватаю стакан с водой и торопливо пью.

Отец резко моргает, будто ему отвесили пощечину, бросает быстрый взгляд в мою сторону и медленно, словно делая над собой усилие, кивает.

– Именно об этом.

О да, мы все изменились. Мой отец – и уступил… Не ожидала.

Притихший на время Лаки откашливается в кулак, привлекая к себe внимание. Или переводя огонь на себя? Полагаю, он собирается сказать что-то легкое на общую тему, чтoбы отвлечь папу от испепеления Джейсона взглядом, но тут вмешивается Гай.

– ? знаете, Джейс больше десяти лет прослужил в Галактической полиции! – выпаливает тот с важным видом. Похоже, решил взять с брата пример и поразвлекать присутствующих разговором.

Но не о Ригане же. Не сейчас. Не о полиции. Не моему отцу!

Да, все мы здорово поменялись за эти годы, но одно осталось неизменным: отношение папы к полиции, как к космической,так и к планетарной.

– В полиции служит один сброд, кому не хватило ума получить ни военное образование, ни высшее гражданское, – выдает отец безапелляционно. Вот вам старый генерал во всей красе.

– Шеймус! – ахает мама и прикрывает губы ладонью. А судя по тому, как вздрагивает ее супруг, он еще и получает от нее пинок ногой под столом.

– А что?
– хоть пинай его, хоть бей, сдаваться бывший генерал не собирается.
– Ты и без меня знаешь, что так и есть. Или возразите, молодой человек?
– прищуривается, уставившись на Джейсона в упор.

Риган же усмехается.

– Не возражу. Сброд, он и есть сброд, - отвечает беспечно.
– Но польза от нас есть,так или иначе. Вы ведь тоже на это ничего не сможете возразить?

– Не возражу, - сухо отвечает отец.

Ерунда какая. Чувствую себя так, будто я школьница и привела знакомить понравившегося мальчика с родителями.

– Папа, прекрати, – говорю резко. В конце концов, это мой дом и мой ужин,и правила здесь буду устанавливать я.
– Можно подумать, в армии служит мало сбрoда. Тебе ли не знать. В любой сфере есть достойные люди и истинные отбросы – это к профессии не относится.

Отец бросает на меня хмурый взгляд.

– Пожалуй, соглашусь…

«Но останусь при своем мнении», – так и говорят его глаза, отчего распаляюсь еще больше.

– Эй, – в этот момент Джейсон открыто и не стесняясь ни родителей, ни мальчишек, кладет свою ладонь поверх кисти моей руки, лежащей на краю стола, – брось. Человек просто высказывает свое мнение. Полиция презирает военных, военные – полицию. Это в порядке вещей.

И меня тут же овевает волной спокойствия. Замечаю, как глаза мамы задерживаются на наших руках. Перехватываю ее взгляд и открыто смотрю в ответ. Да, мам, никакой он мне не «друг». И да, он младше меня на десять лет. И да, я люблю его до умопомрачения и не узнаю рядом с ним саму себя.

Тонкие, подведенные карандашом брови матери удивленно приподнимаются. А потом oна чуть смежает веки – поняла.

– Может быть, чаю?
– голос Лаки вырывает меня из немого диалога с мамой. – Джейс вот вкусностей принес, - тянется к отставленной на время голубой коробке.

Гай тут же подбирается на своем месте и с любопытством вытягивает шею.

– Ух ты! А что там?

– Пирожные, – отвечает Риган.
– С апельсинами тоже есть.

Перевожу на негo удивленный взгляд: он запомнил, что Гай души не чает в апельсинах? Джейс отвечает легким пожатием плеча, мол, что тут запоминать?

Лаки собирает со стола грязную посуду, в том числе и мою тарелку с нетронутой едой. Встаю и принимаюсь ему помогать. А то совсем обнаглела – переложила на cына все домашние обязанности.

– Миранда рассказывала, что вы дизайнер, - доносится до меня голос Джейса, когда я нахожусь в конце кухни и закладываю блюдо из-под жаркого в посудомоечную машину.

Риган впервые назвал меня по имени. И это настолько непривычно, что замираю. Понимаю, говорить обо мне,используя фамилию, при родителях, носящих ее же, было бы странно. ? ещё понимаю, что мне нрaвится, как звучит мое имя из его уст.

Мама что-то с энтузиазмом отвечает. Толком не вслушиваюсь – знаю, что о своей профессии она может говорить вечно.