— Я… — Шен перевернулся на бок, скрывшись за волосами, — я хочу, чтобы все это закончилось… Просто пускай все закончится…

— О чем ты говоришь?

— О… о… о своей жизни… — тихо прошептал Шен, но Муан прекрасно его услышал.

Он нахмурился, глядя на него.

— Я просто… просто…

Шен внезапно резко подскочил на месте.

— Хочу подышать свежим воздухом! — заявил он и быстро выскочил за дверь в ночную темноту.

— Шен? — спустя немного времени Муан нетвердой походкой вышел вслед за ним.

Он не пил, но ощущал себя полностью опьяневшим. Он застыл на границе света, исходящего из флигеля, и вгляделся в темноту.

Внезапно из темноты на него выпрыгнул Шен. Если бы реакция опьяневшего Муана не была несколько заторможенной, он бы мог его от неожиданности и ударить.

— Идем!

— Куда? — уточнил Муан.

— Гулять! Идем?

— Идем.

На всю округу разносились их крики, когда двое старейшин, один пьянее другого, пошли гулять по деревне.

— Ты песни… знаешь песни, а? Старейшина Муан?

— Песни? — нахмурился тот, пытаясь словить прыгающего вокруг Шена.

— Я помню одну песню! Могу спеть! Спеть?

Муан был уверен, что тому совершенно не нужно его согласие, и все же кивнул.

А Шен запел песню на каком-то странном языке. Муан сначала не понял, почему не может разобрать ни слова, но после первого куплета не осталось сомнений, что тот поет на неизвестном ему языке.

— Стой! — в какой-то момент Муану все же удалось схватить его. — Что это за язык?

— Это… это секрет!

— Шен.

— Наперегонки до дома? — предложил тот.

Он резко рванул вперед, но через несколько метров запутался в собственных ногах и полетел на землю, прокатившись несколько метров, пока не остановился на спине, раскинув в стороны руки.

Муан приблизился к нему, остановившись возле правой руки, и навис немым укором.

— Ты жив? — через некоторое время сформулировал вопрос Муан.

— Муан Гай, ты в курсе, что ты самый лучший действующий старейшина пика Славы? — серьезно глядя на него, спросил Шен.

Муан наклонился и протянул ему руку.

Шен сначала взялся за эту руку, делая вид, что собирается встать, но затем резко дернул самого лучшего действующего старейшину пика Славы на себя и проговорил:

— Полежи со мной, посмотри на звезды!

— Шен! — возмутился тот, чуть не нырнув носом в землю.

Спустя полминуты, в течении которых Муан устраивался поудобнее под боком старейшины пика Черного лотоса, положив голову на его руку, он взглянул на небо над их головами и возмутился:

— Не видно ни единой звезды!

— И что с того? Они все еще прямо там! — Шен указал на небо.

— Мы лежим на дороге, как какие-то пьянчуги!

— Мы и есть пьянчуги, — вкрадчиво поведал ему Шен. — Кстати… а ты-то почему так себя ведешь? Ты же не пил.

— Это все из-за нашей связи!

— Прааавда? Какая экономия ресурсов!

— Вставай, идем!

— Нет, давай еще чуть-чуть здесь полежим.

— ДА КАКОГО ДЕМОНА?! ПРОВАЛИВАЙТЕ ИЗ-ПОД МОИХ ДВЕРЕЙ!

Шен тут же вскочил на ноги.

— Кажется, мы разбудили какого-то мужика. Скорее бежим отсюда, пока он не схватился за вилы!

И проклятый старейшина, гроза в мире заклинателей, побежал вперед по темной улице, размахивая руками и спасаясь от страшной угрозы мужика с вилами.

В какой-то момент он, похоже, и сам осознал, как это выглядит, поэтому завопил на всю округу:

— Я — проклятый старейшина, несущий тьму и страдания!!

Муан постарался не отставать.

— А я — непроклятый старейшина! — внезапно даже для самого себя, закричал он. — Но я люблю проклятого старейшину!

Шен вновь споткнулся и кубарем покатился по земле.

На следующее утро, стоило Шену проснуться, как Система обрушила на него:

[+20 злодейских баллов за порчу чужого имущества! +50 злодейских баллов за непристойное поведение! +50 баллов за наведение ужаса, объявшего всю деревню!]

«Что?» — мысленно простонал Шен.

Он осознал, что лежит на матраце в какой-то незнакомой комнате. Приподнявшись на локтях, также оценил, что на нем только нижняя одежда. Спустя недолгое изучение комната показалась смутно знакомой. Шен поднялся на ноги и огляделся. Его верхнее одеяние, вычищенное и аккуратно сложенное, лежало на столике неподалеку.