Существо приблизилось к нему и обняло со спины, словно имело человеческий облик. На его предплечья легли две большие белые ладони. Сжав его руки, существо притянуло их к груди, сжимая его в клетку собственных объятий. Шен почувствовал, как начинают неметь кисти рук, онемение распространялось по телу, точно яд. Он не способен был сопротивляться этому существу.

«По… помоги мне», — решился Шен, обращаясь к той, звать которую было страшно, но кто всегда отзывалась на его зов.

«Бедняжка трясется от страха, — тут же услышал он голос в своей голове, словно она все это время была здесь, только и ожидая, пока он обратит внимание. — Но что ты дашь взамен?»

«Чего тебе от меня надо?»

Она словно бы задумалась. Внезапно голос ее, все еще узнаваемый, зазвучал, будто к нему обращалось совершенно другое существо:

«Я люблю тебя. Твоей жизни будет достаточно».

Ошарашенный Шен ничего не успел на это ответить, но тут он почувствовал, как теплая и приятная темная энергия окутывает его, словно пологом, а хватка устрашающего существа ослабевает.

В то же мгновение он с громкий криком подскочил на циновке.

— Шен?! — сидящий рядом Муан тут же поддержал его ослабевшее тело и наблюдал, как лихорадочно-бледный хозяин Проклятого пика закатывает свои рукава и трет предплечья.

Он ощущал его страх уже какое-то время, но никак не мог вырвать из объятий кошмара.

— Шен, Шен, все хорошо, ты проснулся, — принялся уговаривать он.

Тело в его объятиях дрожало. Шен, чуть ли не плача, продолжал тереть руки. Отстранившись от Муана и повернувшись к нему, хозяин Проклятого пика протянул руки к старейшине пика Славы.

— Мои руки… Ты видишь что-нибудь?

— Что такое? — Муан внимательно осмотрел каждую, дотронувшись до них.

— Я… Я не знаю… Они словно онемели… Будто кожа сверху онемела…

Муан зажал между пальцами кусочек его кожи и очень болезненно ущипнул. Шен тут же отдернул руки.

— Ты это почувствовал, — констатировал старейшина пика Славы.

— Ты смеешься надо мной?! — разозлился Шен.

Глядящий на Муана блестящими глазами, сидящий, прижимая к груди свои руки, сейчас он походил на маленького испуганного зверька.

Чуть успокоившись, Шен обратил внимание, что они вновь находятся в том заброшенном доме, где ночевали накануне.

— Шен, — тем временем собрался с мыслями Муан, — тебе приснился дурной сон?

Тот все еще никак не мог избавиться от ощущений из этого «дурного сна», начиная осознавать, как жалко выглядит сейчас в глазах великого мечника Муана. Сон был таким реалистичным, словно наваждения, насланные Глубинной тьмой, но не слишком походил на те кошмары содержанием. Тьма только что призналась ему в любви, а страшная сущность назвала благодетелем? Что это вообще было такое?! Шен чуть в голос не завыл от бессилия.

— Где ученики и Риту? — оглядевшись и стараясь взять себя в руки, наигранно-спокойным тоном спросил он.

— Они пошли собирать травы для жаропонижающего отвара. Те, что были у Аннис, закончились.

— Ночью?

— Сейчас день.

— И сколько я спал? — Шен постарался морально подготовиться к очередному удару.

— Меньше суток.

— Ох, ясно… — хозяин Проклятого пика мысленно вздохнул с облегчением.

— Ты же обещал все мне рассказывать! — не сдержавшись, накинулся с обвинениями Муан. — Ты ведь пообещал! Почему ты ушел в лес один?! Почему довел себя до такого состояния, ничего не сказав?! Ты думаешь что, так проще?! Я ведь все равно тебя не оставлю! Ты думаешь мне проще тебя с того света вытягивать, вместо того чтобы не допустить этого?!

Кровь прилила к щекам Шена, но из-за жара этого не было заметно. Не зная, как ответить, он мысленно закричал на него:

«Думаешь, мне было, что рассказывать, а?! Вокруг меня одни чертовы последствия, и ни единого правильного решения!! Что мы было сказать, а?.. Про то, что я увидел призраков, ты знал! А потом… А потом… Да что бы было, если б я рассказал? Ты снова бы схватил меня, пользуясь своей силой?! Мне нужно было умолять тебя? Упрашивать? Я не привык просить за кого-то, особенно — просить за себя! Я!.. Я… Я… я… просто сделал то, к чему привык… Это непросто, ясно? Еще сложнее, чем решиться доверять кому-то… начать полагаться на другого человека. Я… я попробую еще раз, если ты позволишь…»

— Почему ты молчишь? — зло спросил Муан. — Почему сидишь с таким видом, будто я тебе отповедь устроил?

Это очень сильно его злило. Он смотрел на Шена, который выглядел сейчас каким-то пристыженным и растерянным, словно старейшина пика Славы накинулся с обвинениями на невинную овечку. Заяви он сейчас, что вообще не понимает, о чем Муан говорит, — тот бы не удивился! И все же…

Муан не выдержал и закричал на него:

— Ты умеришь когда-нибудь свой эгоизм?! Ты забыл, что мы все еще связаны?! Забыл, что все твои действия отражаются на мне?! Не думаешь, что будет со мной, если ты умрешь?! Почему я должен страдать из-за тебя?! Ты причиняешь мне одни страдания! Моя жизнь была бы простой и спокойной, если бы в ней не было тебя!!