Вскоре солнце окончательно ушло за горы. По южному быстро стемнело. В лагере включилось немногочисленное освещение. Его здесь практически не было, хотя под одним из навесов нудно тарахтел двигатель генератора. Однако его невеликой мощности едва хватало на пару комнат в казарме и слабенький прожектор, время от времени тщетно водивший тусклым лучом света по окружающим зарослям.

Теперь наступило время действовать. Скользнувший в «сферу» Март хорошо видел и жмущихся по углам японских часовых, и спящих внутри помещений солдат, а также китайцев, набившихся как сельди в бочку в два длинных барака. Почти все из них после жалкого ужина без сил повалились на едва прикрытый рваными циновками земляной пол и немедленно уснули. Более или менее бдительно несли службу охранники зданий, где размещались пленные рабочие, да еще артиллеристы из дежурных расчетов зенитной батареи.

«Что будем делать? – подумал Колычев. – Надо подобраться ближе и попробовать достучаться до бойцов». Сосредоточив силу на сознании пленных казаков, он принялся исподволь внушать им мысль, что именно сейчас самое время для побега. Войдя в плотный контакт, он даже не удивился, что задумка такая у карымов уже имеется, более того, они давно и тщательно готовились.

Так что настойчивый голос, возникший одновременно в головах у обоих, они приняли за знак свыше и, пошептавшись, начали без суеты и спешки действовать.

Бесшумно отодвинув одну из досок кровли, незаметно выбрались на крышу барака и по сброшенной сверху веревке спустились вниз и, дождавшись, пока бдящий часовой скроется за углом, тенями рванули к ограждению. Подсунув под колючую проволоку прихваченную с собой жердь, они устроили лаз, через который попытались выбраться.

– Гляди туда, – еле слышно прошептал Март, показывая направление вахмистру.

Тот, кажется, правильно его понял, потому что ловко, будто ящерица, пополз в указанном направлении и, когда усилия беглецов почти увенчались успехом, тихо спросил:

– Далеко ли собрался, Ваньша?

Не ожидавший подобного казак едва не подпрыгнул, но тут же взял себя в руки и притих. Зато его товарищ неодобрительно буркнул в ответ:

– Ну и шутки у тебя, Петруха!

– Вы что, бежать затеялись?

– Так от вас помощи не дождешься, – усмехнулся Семен.

Оставалось оттянуться подальше от периметра базы и без помех переговорить. Первым делом забайкальцы поделились с освободившимися побратимами оружием. Благо что по казачьей привычке всегда имели некоторый запас.

– Держи, – сунул Гуляеву свой револьвер вахмистр.

– Вот это дело, – сверкнул в темноте белозубой улыбкой карым. – А то ровно как без шаровар, даже соромно.

– Еще бы поснедать, – мечтательно протянул Татауров, любовно оглаживая карабин.

– А за бабу тебе подержаться не хоца?!

– А есть? – оживился Семен.

– Так, господа казаки, – поспешил вмешаться Колычев. – Давайте разговоры и радость встречи оставим на потом. Что с грузом? Где машина?

– А ты, мил человек, кто таков будешь? – изумился появлению нового лица Гуляев. – Что-то я тебя не припомню…

– Ша, Ванька! – встал между ними Расков. – Это важный человек. Пилот с корвета. Их корабль нам на подмогу пришел.

– На подмогу или груз забрать?

– А тебе не один ли хрен, коли они твою задницу отседова вытащат? И вообще, хорош базлать. Отвечай, коли спросили!

– Простите, вашбродь, в темноте вашего чина не видно, – буркнул карым.

– А грузовик тут недалече, – поспешил вмешаться Татауров. – Мы его в третью штольню загнали.

– Это которая выработана?

– Ага.

– И как же японцы ее не нашли?

– Так мы пару крепей на входе подорвали.

– Охренеть! Так, может, и машину завалило?

– Не должно, – снова вступил в разговор Гуляев. – Мы же не просто так, а с понятием. Там немного бревен и мусора на входе. Пяток дюжих мужиков за полчаса раскидают! А япошки – они, видать, знали, что там все выработано, и даже не сунулись.

– Грузовик-то большой?

– «МАЗ» [49] трехсотпудовый.

– Какой? – не понял сначала Март.

– Пятитонка, – пояснил вахмистр.

– Понятно. Провести до места сможете?

– А что, я готов, вот только бы пожрать еще…

– Перед боем брюхо лучше не набивать.

– Не скажите, ваше благородие, сытому и помирать не так страшно.

– Тогда держите, – вытащил из кармана плитку шоколада Колычев. – Наесться не получится, а силы придаст.

– Ишь ты, – крутнул головой казак, отламывая половину товарищу. – Господская еда!

– Значит так, – принялся распоряжаться Март. – Расков, вы остаетесь здесь со своими бойцами. Продолжайте наблюдение. Мы с Гуляевым разведаем, что там и как с машиной. Потом вернемся. Без меня никаких действий не предпринимать.