– Это твои друзья?

– О чем ты говоришь, Марти! Это нужные люди. Мои друзья сидят за тем столиком, но мы туда не пойдем!

– Почему?

– Надоели! Давай лучше потанцуем. Я сто лет не танцевала с хорошим партнером.

– Разве?

– Опять ты ведешь себя как зануда! Нет, я понимаю, что ты проделал трудный путь и что вы на «Буране» обвели япошек вокруг пальца, но почему бы тебе хоть немного не расслабиться?

– Действительно, – согласился с ней Колычев. – Пуркуа бы, как говорится, и не па?

В этот момент заиграл оркестр, и Март с Аннабель закружились в вальсе. Судя по всему, мисс Ли тут хорошо знали, а потому внимательно следили за ней и за ее новым фаворитом. Возможно, даже делая ставки: долго ли продержится подле нее этот никому не известный красавчик. Впрочем, вскоре к ним присоединились другие, но все равно именно они оказались самой яркой и красивой парой на этом зажатом между столиками танцполе.

Стоит ли говорить, что оказавшемуся в юном теле Колычеву было приятно кружить в танце столь сногсшибательную партнершу, чувствовать, как под ладонями податливо извивается ее гибкое, но сильное тело. Вдыхать тонкий аромат дорогих духов…

– Ах, Марти, ты меня совсем закружил, – томным голосом сообщила Аннабель. – Будь так любезен, отведи свою партнершу к столику, мне нужно выпить!

– Тогда, может, лучше к бару?

– Отличная мысль! Пойдем…

Однако, стоило им освободить танцпол, как перед ними возник хлыщеватый офицерик с адъютантским аксельбантом на мундире и, слащаво улыбаясь, преградил дорогу.

– Куда же вы, прелестная миссис Ли?

– Shit! [57] – вырвалось у девушки, очевидно, успевшей набраться еще до появления Марта.

– Януш Феликсович…

– Послушайте, любезный, – прервал его Колычев. – Вы видите, что барышне немного не хорошо?

– Молодой человек, – парировал адъютант, – когда мне понадобится узнать ваше мнение, я кликну в переднюю!

– Я сказал, отвали, убогий!

– Марти, не надо! – всполошилась Аннабель, в планы которой вовсе не входило участие в публичном скандале. – Это мой хороший знакомый, нет никакой нужды ссориться с ним из-за таких пустяков!

– Ну что вы, мисс Ли, мы вовсе не ссоримся… – практически по-змеиному прошипел офицер.

– Скажите его превосходительству, что я с большим удовольствием присоединюсь к нему, просто немного позже. Как вам уже разъяснил мой друг, мне просто необходимо припудрить носик.

– Конечно-конечно, – проявил галантность хлыщ, подарив многообещающий взгляд ее спутнику.

– Кто это? – поинтересовался Март, когда тот ушел.

– Никто, – отмахнулась девушка. – Лейтенант Козырев – адъютант здешнего командующего, адмирала Ландсберга.

– Ты с ним знакома?

– К несчастью, да. Видишь ли, Марти, я недавно брала у него интервью и, кажется, сваляла дурака. Он почему-то решил, что имеет на меня какие-то права и время от времени достает меня знаками внимания…

– Ты с ним кокетничала?

– За кого ты меня принимаешь? – возмутилась девушка, но потом, немного поразмыслив, кивнула: – Разве что совсем немножко…

– Но он принял это за обещание?

– Да, черт бы его побрал!

– Если хочешь, я увезу тебя отсюда.

– Спасибо, конечно, но это не решит мою проблему. Хотя… давай, я лучше представлю тебя как своего парня? Этот адмирал – ужасный собственник и, если узнает, что мы с тобой пара, наверняка отстанет…

– А мы пара? – удивился Март.

– А ты разве против? – пристально посмотрела на него Аннабель, но через минуту прикрыла лицо руками. – Господи, что я творю? Прости, пожалуйста, я не имею никакого права просить тебя об этом. В конце концов, он командующий, а ты простой пилот…

– А знаешь что, давай! – неожиданно сам для себя согласился Колычев. – Только учти, что у нашего командира какие-то давние нелады с Ландсбергом. В общем, то, что я с «Бурана», может еще сильнее его оскорбить.

– Странно, что я не слышала эту историю раньше. Ты обязательно ее расскажешь, но позднее… сейчас мне надо в дамскую комнату.

– Ладно, – кивнул Март, проводив взглядом свою спутницу.

Контр-адмирал Ландсберг оказался высоким представительным мужчиной в вицмундире с орденом святого Владимира в петлице. На его породистом лице застыло немного презрительное выражение, как бы говорящее присутствующим: «Знаю я, кто вы есть!»

В сущности, это было правдой. Януш Феликсович нисколько не обманывался по поводу нравственных качеств собравшейся в «Империале» публики, но… все это были «нужные люди». Необходимые ему и его высоким покровителям, позволившим своему протеже достичь столь значимого положения.