– Так пошлите какой-нибудь корвет! Того же «Боярина»…

– Это не разглашается, но на нем оба ходовых движка запороли.

– Час от часу не легче! А какие еще есть тайны?

– Эх, господин Зимин, ваше высокоблагородие… да вся эта операция – одна сплошная тайна! Во-первых, официально этот груз предназначен для Чунцина. Во-вторых, все уверены, что транспорты к выходу пока не готовы. В-третьих…

– Что в третьих?

– Двойная оплата!

– Господин полковник, – фыркнул кавторанг. – Я и мой экипаж достаточно заработали в последнее время. Совать голову в петлю за пару лишних тысяч в данной ситуации как-то даже неприлично, что ли!

– А как же долг перед Родиной?

– Господи боже, когда же я так задолжать-то успел!

– Воля ваша, – вздохнул контрразведчик. – Ну не получит сеульский гарнизон боеприпасы, так что ж теперь! Перемогутся как-нибудь… В самом деле, вы ведь тоже не из железа. Отдыхайте, набирайтесь сил, дел впереди еще много.

– Пытаетесь на совесть надавить, господин жандарм? Грубая работа!

– Да какая там совесть! Ступайте уже, наконец. Мне некогда…

– Хорошо, – решился Зимин. – Я возьмусь за это дело, но после него сразу же ставлю «Буран» на обслуживание и даю краткосрочный отпуск команде.

– Вы серьезно? – удивленно посмотрел на него полковник.

– Ждете, пока передумаю?

– Нет-нет, конечно, я на все согласен, – заторопился Грозовский. – И уверен, что в штабе согласятся на все ваши требования…

– Вот и славно. Подпишите требования на топливо и масла.

– А разве это не прерогатива отдела технического обеспечения?

– Так-то да, но по какой-то непонятной причине документы за вашей подписью исполняются гораздо быстрее. Не знаете почему?

– Хитрец вы, батенька! – размашисто подмахнул бумаги полковник, после чего испытующе посмотрел на приватира. – Совсем забыл, начальником гарнизона Сеула совсем недавно назначен контр-адмирал Ландсберг.

– Исполать ему! – пожал плечами Зимин.

– Я слышал, что прежде у вас были не самые приязненные отношения с Янушем Феликсовичем?

– Вас неверно информировали. У нас нет и не было никаких отношений!

– Вот даже как? Ладно. Однако надеюсь, это не станет проблемой?

– Нет, если…

– Если что?

– Если в приказе будет русским по белому написано, что по выполнении задания «Буран» должен как можно скорее вернуться в Дальний.

– Полагаю, это тоже возможно.

– За подписью командующего Третьим флотом адмирала Макарова.

– Хм, моего слова вам, как я вижу, недостаточно?

– Лично мне, – более чем. А вот для начальника гарнизона мнение младшего по чину офицера интересно лишь постольку-поскольку.

– Хамите, Зимин?

– И в мыслях не было!

– Ладно. Черт с вами, будет вам приказ!

– Так я могу идти?

– Разумеется!

Говоря о своей неосведомленности, контрразведчик, конечно, лукавил. В Третьем флоте все или почти все были прекрасно осведомлены о вражде между двумя офицерами. Правда, о настоящих причинах этого противостояния никто доподлинно не знал, но вот о несостоявшейся дуэли слышали многие. Случись подобное в Гвардейском экипаже или хотя бы в Первом флоте, Ландсбергу пришлось бы расстаться с мундиром. Но здесь, на заднем дворе великой империи, на многие условности смотрели сквозь пальцы.

Но приказ есть приказ, и чертыхающемуся про себя Зимину не оставалось ничего иного, как приступить к его выполнению.

Прогноз погоды, выданный синоптиками, оказался самым неутешительным. В том смысле, что, несмотря на октябрь, на небе не было ни облачка. Напротив, ясное солнышко, сухо и тепло. И, разумеется, прекрасная видимость для вражеских наблюдателей. Единственным утешением могло служить новолуние, но…

Впрочем, пока что ничего не предвещало осложнений. «Паллада» с «Варягом» и впрямь ушли в рейд, демонстративно пройдя вдоль западного корейского берега, заставив одним своим видом всех японцев уйти под защиту береговых зенитных батарей. И было весьма вероятно, что все крупные корабли противника рванут за русскими фрегатами, пока те не вышли на оперативный простор и не лишили островную империю ее торговых путей. Оставалось лишь решить, как именно проложить путь…

– Разрешите? – отвлек Зимина от тягостных раздумий стук в дверь.

Первым побуждением командира было послать незваного визитера ко всем чертям, но он все же сумел справиться с минутной слабостью и почти нейтральным тоном сказал:

– Войдите!

– Кэп, есть идея! – просунул голову внутрь Колычев и, убедившись, что его наставник один, просочился внутрь.

– Ну, рассказывай, – хмыкнул заметивший горящие глаза воспитанника капитан.

– Я вчера в Вегигуне с народом перетер, – начал Март, сбиваясь от волнения на арго будущего, – так вот, люди говорят, что джапы держат дозоры по всему периметру столицы. Правда, не слишком частые. Но на некоторых верхушках гор ставят какие-то мачты. Почти наверняка это будут радары.

– Все это, положим, не новость. Что-то еще?

– Я думаю, – решился Март, несколько задетый равнодушным тоном наставника, – надо нам пройти на ПМВ [52] над рельефом местности, там же горы кругом. Главная опасность – если враг засаду устроит на обратной стороне склона, на выходе из какого-нибудь распадка или седловины.

– Продолжай.

– Так вот, чтобы такого ни случилось, надо мне отдать вертушку, в смысле – разведбот. Я загружу по полной «сферу», и никто от меня не спрячется. Риск минимальный – не станут они ради такой мелочи себя раскрывать, будут ждать основную цель. А я тем временем все разведаю. И аллес нормалес.