Он сзади прижался.

И я не должна это чувствовать, но два крепких тела, что горячо, с обеих сторон, зажимают меня – они сводят с ума.

И я мирюсь с неизбежным.

Нет хуже мужчин, чем эти мерзавцы, для первого раза, для занятий любовью.

Но и лучше их тоже нет, я еще не встречала.

Ни с кем еще поцелуи не вытягивали наружу душу.

Сама не заметила, как вырываться перестала, как Арес сгреб меня и отодвинулся вместе со мной, лишь когда он от моих губ оторвался и хрипло бросил:

– Тим, отпусти, она сама хочет.

Тогда поняла.

Что сегодня – та ночь.

В которую мне не сбежать.

ГЛАВА 76

С плеч соскользнули лямки платья.

Меня раздевают.

Прямо здесь, на сцене.

И рядом не один мужчина, тому, что сейчас творится – есть два свидетеля.

– Стой, - впилась ногтями в руки Ареса, не давая снять с меня платье. – Эй.

– Целой ты отсюда не уйдешь, Рита, что непонятно? – он дернул вниз вырез.

И уставился на тонкое кружевное белье – подарок второго Северского. Я и сама сегодня оторваться не могла от своего отражения, пока примеряла этот комплект – он так нежно обтягивает грудь. Чашечки без косточек, ткань полупрозрачная.

Арес смотрит.

И стягивает платье ниже, мне на живот.

– Хватит, - дернулась и спиной налетела на Тима. Вывернулась. – Как можно.

Безумие.

– Что можно? – Арес приблизился. За руку меня поймал. Его чувственные мягкие губы дрогнули в улыбке. – Надо было соглашаться в прошлую пятницу, Рита. Три раза со мной в библиотеке – и получила бы мою машину.

– Но теперь…

– Теперь всё, - перебил он. И рывком, с треском, разорвал на мне платье. Оно соскользнуло по бедрам вниз, лужицей растеклось у ног.

Я в мурашках.

Арес притянул за шею к себе, посмотрел поверх моей головы.

Я не знаю, что за спиной творится, но не забыть – их двое там. По выражению лица главного бандита ничего прочитать нельзя, ничего.

Но этот блеск в потемневших глазах…

О, господи.

Он наклонился ко мне. В себя впечатал, на губы набросился с прежней жаждой, ни секунды не оставив мне, ни шанса, мысли плавятся, и снова по капле ускользает рассудок.

Пальцами вцепилась в мужские плечи, он сейчас моя опора. Он моим первым мужчиной будет, я сразу знала об этом, но понимаю теперь лишь, сумасшедшую неделю спустя, я в их логове.

Капкан захлопнулся.

А со мной три охотника.

Руки Ареса скользнули по голой спине вниз. И меня подхватили под ягодицы. Не обрывая поцелуя, он забросил мои ноги на свои бедра, я сижу на нем.

В одном белье.

И давно растрепалась моя чудесная прическа.

Я как дикая, добыча, которую присвоили себе.

Он шагнул по сцене.

Я покачнулась. Пальцами сдавила его подбородок, от его губ увернулась и распахнула ресницы.

Он привалился к окну, дернул в сторону красную штору, толкнул меня на подоконник.

Спиной врезалась в холодное стекло и охнула.

– Не здесь же, - выдохнула.

Мутным взглядом скользнула по расставленным в ряд стульям.

Нет, зрители не ушли, их по-прежнему двое, оба вытаращились на нас, оба в костюмах, такие похожие, темноволосые, крупные…

Эти мужчины из похоти сотканы, я в плену их порока.

Со мной рядом один из них.

А я представить не могу, что будет, мой взгляд мечется. Арес медленно расстегивает рубашку, и я пялюсь на его натренированную широкую грудь, а потом снова влево, на стулья.

Где сидят младшие Северские.

Это просто ужасно. Мне хватило бы одного. Который слова растягивает, как Севастиан и носит гангстерские шляпы. Который верит в пары крепкие, как у волка и волчицы, как Тим. Который властно берет то, что хочет, как Арес.

Зачем же их трое с этой проклятой фамилией.

Он бросил на пол рубашку.

И загорелые мускулистые руки спустились к брюкам, длинные пальцы подцепили пряжку ремня.

Я помню, что там, под его боксерами, гладкий выбритый пах и налитый возбуждением член, я вкус его помню и каждую венку, оплетающую его.

Арес расправился с пряжкой.

Вжикнула ширинка на классических брюках.

О боже.

– Не здесь, - повторила тверже и сглотнула вязкую слюну. Стекло от моей спины нагрелось, я вся горю. Я не выдержу. – Выпусти меня.