Опустилась на колени с ним рядом.

И осторожно положила ладошки на широкую спину.

– Масло, - глуховато, с раздражением напомнил Севастиан.

Я бы ему это масло в одно место залила с удовольствием, мерзавцу. Подонок.

– Да, - щелкнула колпачком и надавила на флакон. По его коже побежала прозрачная дорожка с ароматом шалфея, я начала медленно размазывать ее по позвоночнику, лопаткам, плечам...

И послышался расслабленный вздох.

Сейчас бы как вдарить кулаком, чтобы позвонки повыскакивали.

Этими мыслями отвлекаю себя, свою память. Ощущения запоминать нельзя, не надо...ведь они приятные, я впервые так откровенно, медленно, касаюсь мужского тела, поглаживаю его и завороженно обвожу пальцем каждый из шрамов, воображение уже подкидывает мне всякие истории...

Откуда они у него взялись.

Севастиан снова выдохнул и приспустил полотенце ниже, открывая поясницу и часть ягодиц.

Нервно облизнула губу.

– Всё?
– так же раздраженно поторопил он и слегка повернул голову. Посмотрел на меня, и в темных глазах блеснуло удивление. Севастиан перевернулся на бок.
– Не понял. Ты раздеваться собираешься или нет?

– Зачем?
– вскинулась.

– Для массажа, - это слово он протянул, как для умственно отсталой. Повернулся еще, улегся на спину.
– Платье снимай.

Повисла пауза, за которую мой мозг перенапрягся по-максимуму. Севастиан с молчаливым ожиданием на лице все это время меня рассматривал.

Наконец, с недоверием в голосе спросил:

– Ты ведь от Гелы, новенькая? С дипломом массажистки.

– От Гелы, - привычно подтвердила, и тут только до меня дошло.

Диплом массажистки. Это его у меня требовала сегодня управляющая, она не про учебу в универе спрашивала, а вот про это.

Умение делать эротический массаж мужчинам собственным голым телом.

Покраснела так, что, наверное, с цветом этой спальни слилась, бестолково потерла друг о друга масляные ладони.

– Новая методика, - заявила сухо.
– Прогресс на месте не стоит. Раздеваться, вообще, никому не надо.

Сказала. И сложила дрожащие ладони на его широкой груди. Взглядом уперлась в стену и начала поглаживать, но все равно заметила, как он, заложив за голову руки, лениво следит за мной, приоткрыв один глаз.

Что-то надо делать.

Потому, что я знаю. Там еще снимают полотенце. И трогают член.

А с меня уже одного достаточно там, в библиотеке.

Продолжая узоры на его груди рисовать, покосилась на его лицо.

Единственная надежда, что у этого развратника сейчас закончится терпение и он вышвырнет меня из комнаты пинком под зад со словами:

– Не умеешь - не берись.

И я почти угадала. Терпение у него кончилось спустя пару мучительных минут.

– Бл*ть, да хватит уже, - выругался Севастиан. Рывком отбросил в сторону полотенце.

Резко поднялся, схватил меня за локти.

И одним движением уложил на пол на обе лопатки.

Глава 37

Громко охнула, когда он резко рванул на мне платье, и ткань затрещала. Длинные пальцы вцепились в кружево бюстика...и его та же участь настигла...

Темный взгляд жадно скользнул по оголенной груди вниз, на живот. Еще ниже.

– Без трусиков?
– тот же удивленный вопрос мне задал его брат, перед тем, как поцеловать там, между ног.

И внизу живота разлилось уже знакомое тягучее томление.

Приподнялась, пытаясь запахнуть на груди лохмотья платья.

– Убери, я тебе сказал, - его руки столкнулись с моими, он стянул платье с плеч вместе с лямками порванного бюстика.
– Снимай.

У него глаза горят. У меня, наверное, тоже. Мокрые черные волосы спадают ему на лоб, он голый и в масле, загорелая кожа блестит, и этот запах шалфея сводит меня с ума, а дымок, что идет из стальных чаш...в воздухе словно какой-то возбудитель разлит, феромоны.

Подскочила на подстилке и рванулась в сторону, я сейчас сбежать от этого демона хочу больше всего на свете.

– Стоять.

Взвизгнула, когда его руки перехватили меня за талию и снова уложили, лицом в пол, грубо содрали остатки платья и белья.

Попыталась подняться, и широкая ладонь надавила между лопаток, пригвождая меня к месту.

– Крошка. Ты когда поймешь, что приказы надо выполнять?
– тягуче прозвучал его голос.

– Не смей, - сжала ноги и напряглась, - иди и укладывай других горничных, я тебя не хочу!