– А-а-а, - протянула. И, изумленная, обернулась.

Мне вот только не хватало сплетен. Я и так жалею, что поддалась там, в библиотеке и меня нагло отымел в рот старший Северский.

И теперь вот средний околачивается под окном. Брат поделился новостями?

Что новенькую можно и в хвост, и в гриву.

От злости вся кровь прилила к щекам. Решительно двинулась к окну и грубо оттолкнула в сторону Леру.

– Чего тебе?
– бросила нелюбезный вопрос в улыбающееся мужское лицо.

– Может, все же ко мне спустишься, - Тим чуть отстранился от окна, моя грубость его совсем не задела.
– Спустишься и скажу.

Слышу за спиной перешёптывания. Туфлей постукиваю по полу. На холодном ветру трясусь, как листочек на голой ветке.

– Это обязательно?
– выговорила, наконец.

– Смотри сама, - не стал уговаривать Тим.
– Мой младший брат. Которому ты Кадиллак искупала. Идет сейчас к тебе в комнату требовать компенсацию.

Охнула.

Ну что ж такое.

Вот о чем надо было с Аресом торговаться - чтобы меня никто, кроме него не трогал.

Не специально я этот проклятый Кадиллак залила, но разве эксцентричному Севастиану, который на чикагского гангстера похож, что-то объяснишь?

И ведь там, в багажнике его машины, человек лежал...

– Я прыгаю, - решительно полезла на подоконник.

– Рита, - позади позвала Алена.
– Что такое, ты куда?
– она заволновалась, затараторила.
– Ты помнишь, что я тебе говорила про...это.

Про "это" помню - неизвестная мне Гела с меня живой не слезет, если узнает, что я к ее развратникам-сыновьям ближе, чем на метр подошла.

Но с Гелой, я надеюсь, мы никогда не встретимся. И я смогу из их порочного дома выбраться.

И, может быть, мне поможет как раз вот он - средний брат, который гостеприимно распахнул объятия, когда я перебросила через карниз ноги.

Прыгнула - и он поймал меня. На секунду прижал к горячей, твердой груди перед тем, как поставить на ноги.

– Легкая какая. Холодно?
– спросил и стянул с широких плеч кожаную куртку. Набросил на меня.

От мягкого воротничка убойно пахнет терпким дорогим парфюмом. Носом зарылась в этот мужской запах. И, провожаемая, обалдевшими взглядами горничных, вдоль дома пошла за мужчиной.

Не важно, что он меня про Севастиана предупредил не бескорыстно.

Все равно у меня есть шанс договориться хотя бы с Тимом...

Да.

– Сюда, - он идет впереди. И свернул не к дому, а к машине-такси, запаркованной неподалеку от крыльца.

Такси.

То есть он рассчитывает выехать за территорию...и меня забрать с собой.

Окрыленная, боясь своему счастью верить, нырнула в тепло салона.

Водитель даже не обернулся, продолжил дымить в открытое окно. Дымом тут все провоняло. И еще бочонок-вонючка, что болтается под зеркалом - он него идет стойкий яблочный аромат.

Закашлялась.

– Сходи погуляй немного, - сказал Тим, забираясь в салон следом за мной.

Это такси, тут вон, шашечки наверху. И командовать пусть идет в другое место - так бы я сказала, сиди сейчас за рулем.

Но водитель молча вышел и хлопнул дверью.

В свете фар его грузная фигура двинулась погулять в сторону берез, растущих вокруг дома.

Повернулась к Тиму.

Он вытянул длинные ноги. Места не хватает, такому шпале, как он, надо раскатывать в лимузине. Тим приоткрыл окно, прогоняя на улицу дым. И тоже посмотрел на меня.

– Куда едем?
– нарушила паузу.
– В библиотеке моя сумка осталась, с вещами.

Он глянул на светящиеся окна первого этажа. И не ответил, длинными пальцами побарабанил по обтянутому брюками колену. И негромко спросил.

– Сколько мужчин у тебя было, Рита?

– То есть?

– Десять, двадцать?
– он сощурился. И этот темный взгляд - он как рентгеном меня просвечивает, в его теплой куртке задрожала.

– Какая разница?
– резко бросила в ответ.
– Мы для чего сюда сели, мужчин моих обсуждать?

– В том числе, - он откинулся на сиденье. У него вид - сытого, довольного жизнью хищника.

Который выбрал себе самочку.

И, словно в подтверждение моих мыслей, Тим неторопливо сказал.