— А что, совсем никому наши инструменты не нужны? — расстроенно спросила Маша.

— Здесь все копят на металлическое снаряжение, — пояснил Пилигрим. — Видели же, все ходят с покупным. С одной стороны, какой-то спрос на них будет. А вот с другой… Охота кажется более пригодным вариантом.

— А пока нам бы самим хорошим оружием обзавестись! — заметил Сочинец. — А для этого нужны материалы. Камни, дерево. И всё это надо брать где-то за пределами зоны в двадцать километров, а потом тащить сюда.

— Вот и займёмся этим! — решил я. — И чем быстрее, тем лучше. А Ольша так и не приходил?

— Нет, — ответила Кострома. — С концами пропал, зар-р-раза…

— Ладно, сам его завтра навещу! — решил я. — А то так классно встретил, что по этому поводу очень хочется ему пару ласковых сказать…

Остаток дня мы так и провели за приготовлениями к походу. Ну и за обустройством нашего лагеря. Местные к нам интереса почти не проявляли, да и мы к ним тоже. Так и занимались своими делами. Ленились только питомцы, которым выделили мясо и отправили отдыхать.

А Ольша так и не пришёл.

Дневник Листова И.А.

День тридцать четвёртый. Камень в наш огород

Каждый человек иногда сталкивается с необходимостью ставить других людей на место. Только в мечтах наивных идеалистов люди вокруг — сразу, радостно и сознательно! — выполняют свои обязательства, отвечают за свои слова и соглашаются с разумными предложениями.

А в реальной жизни люди почему-то ведут себя как безответственные, недалёкие идиоты. И частенько забывают об обещаниях, которые давали не только другим, но и себе. К сожалению, иных людей — идеальных, правильных и непогрешимых — за обе своих жизни я не встречал.

Зато я встречал тех, кто пытается строить из себя иных, но на поверку оказывается таким же, как и все. И это в лучшем случае, потому что такие вот «делающие вид» чаще оказываются ещё более безответственными, недалёкими и глупыми.

Я встречал тех, кто действительно может заглянуть на пару шагов вперёд, помнит о своих обещаниях и даже — вот удивительно! — старается их выполнять. Во всяком случае, те обещания, которые дал. Но чаще всего такие люди не дают обещаний, честно понимая, что ничем от других людей не отличаются.

Я встречал тех… Впрочем, я много кого встречал, но среди встреченных не было идеальных и непогрешимых личностей. Все люди неидеальны. Все люди склонны творить глупости. Все люди эгоистичны. А потому иногда их надо ставить на место.

И вот тут встаёт важный вопрос. А ответ на него зависит и от тяжести проступка, и от намерений человека, которого надо поставить на место, и от его положения в обществе, и от характера, и от обидчивости…

Так вот… Я понятия не имел, как ставить на место Ольшу! Я ведь его практически не знал.

Поэтому, когда шёл в сопровождении Мелкого и Трибэ искать этого козла, всё ещё продолжал размышлять, что бы ему сказать. Чтобы он и всю глубину своего проступка понял, и на меня не обиделся. В Алтарном я всё-таки рассчитывал задержаться. Где тут ещё найти большое поселение русских?

Ольшу мы нашли на каком-то очередном совещании, которое тот устраивал под уже знакомым навесом. При этом на нас он не обратил никакого внимания. То есть, даже взглядом не удостоил. Пришлось стоять и ждать, когда освободится этот уважаемый человек.

Ей Богу, как выпадет случай — набью ему морду, чтобы поменьше зазнавался… Ну что за хамское поведение?

Но в тот момент, когда я предавался сладостным мечтам о рукоприкладстве, оно само явилось в мою жизнь и в жизнь Ольши…

— Ольша, мать твою, какого хрена, сука ты ссыкливая, профукал сраные булыжники?! — рёв, разнёсшийся под навесом, заставил всех присутствующих вздрогнуть. — Где, едрить тебя в туды и сюды, стройматериал?!

С краю навеса, как грозовая туча на ясном небосклоне, образовался весьма колоритный персонаж.

Стоит отметить, что он был вторым человеком в этом городе, кроме меня, кто носил модернизированное белое трико. Но если я себе дизайн подгонял под рабочую одежду, то этот мужик сделал из трико долбаный деловой костюм!.. А поскольку он тоже пожалел баллы на изменение цвета, то стоял весь в белом.

Портили образ только дурацкие кожаные сандалии и соломенная шляпа. Но таковы уж особенности нашей колонизации: обувь и головные уборы почему-то были не предусмотрены.