Обжегшее прикосновение к виску вновь погрузило Татьяну Викторовну во мглу. Очнулась она на своем лежаке. Пришла в себя резко, словно толкнули. Ричард спокойно спал рядом, Гека вновь храпел из темноты. А по Татьяниной шее с тихим похрюкиванием ползал тамп и дергал её за локоны. Она прикрыла его ладонью, чтобы успокоить, и вновь провалилась в сон. Пустой сон без сновидений.

Разбудили Татьяну Викторовну голоса, главной ноткой в которых было недоумение.

— Он, может, заболел? Ну там, свежего воздуха ему не хватает? — говорил Гека.

— Не знаю. Правда, не знаю. Вот хозяйка проснётся...

— Я проснулась, — слабым голосом произнесла Татьяна. — Что случилось?

— Тамп ваш дурит. Идите гляньте...

Она сорвалась с лежака, словно спугнутая птица. Шуня? Что с ним?

Тамп лежал на полу. Создавалось впечатление, что он запутался в собственных щупальцах. Он неуклюже ворочался и тянул одно из них в сторону, за неровный периметр, образованный остальными ниточками.

Татьяна подхватила его на руки, попыталась распутать. Обратила внимание, что щупальца стали куда длиннее обычного, а тело словно усохло, сжалось в совсем уж маленький комочек. Сердце пронзила такая жалость, какой Татьяна давно уже не испытывала. Она едва успела сморгнуть слезы, как тамп, недовольно вереща, поднялся с её ладоней, отлетел в сторону и снова разлёгся на полу, заматываясь в щупальца.

— Подождите, — Ричи остановил Татьяну, поймав за локоть. — Подождите... Этого не может быть!

— Да что происходит? — возмутился Гека. — Понял сам — объясни товарищу!

Ричард осторожно подошел к тампу и, опустившись на корточки, махнул рукой, приглашая спутников к нему присоединиться.

— Смотрите внимательно. Он только начал... оплетаться. Вот эти щупальца образуют контур некоего веретенообразного тела. Тело тампа сдвинуто по отношению к геометрическому центру «веретена». Щупальца, расположенные внутри, представляют собой прямые или ломаные под прямым углом линии. Все, кроме одного. Вот это, видите? Синусоиду? И оно идет за периметр!

Пока Ричи говорил, Татьяна неожиданно перестала видеть в тампе — тампа. Линии зашевелились, пустые пространства между ними углубились, раздвинулись... Перед ними лежала трехмерная схема неизвестного корабля.

Гека очень умело и искренне выругался матом. Он тоже увидел.

— Шуня! — ахнула Татьяна. — Когда ты успел...

— Наверное, когда адамит приносил еду, — задумчиво покачал голово Ричард. — Мы с тех пор не видели его.

— А синусоида — это... — Гека вслух не сказал, но все и так поняли.

— Думаю, да! — Ричи поднялся с корточек. — Гека, есть идеи? Строения межзвездных кораблей вам должны быть знакомы более нас с Танни.

Гека хмыкнул. Обошел Шуню по кругу, склонился над ним.

— Тело тампа обозначает месторасположение нашей камеры, думаю так. Вот здесь, где наиболее густо сплетены его щупальца — центр управления кораблем. Судя по тому, как далеко от них мы находимся — это один из технологических уровней корабля. Может быть, грузовой отсек, переоборудованный под наши нужды? Вот эти прямоугольники рядом одного размера с тем, где расположено тело тампа — возможно, такие же отсеки для опытных образцов. Синусоида идет параллельно одному из основных коридоров, а затем сворачивает на палубу первого уровня. Могу предположить, что это либо вентиляционный, либо кабельный коридор. А с палубы есть выход в открытый космос.

Он резко распрямился. Расширенными зрачками посмотрел на них.

— Вы что, всерьёз? Вы это...

— Мы будем пытаться, — кивнула Татьяна, не сводя взгляда с Шуни и пытаясь запомнить схему корабля. — Мы не собираемся здесь оставаться.

Так легко и просто сказалось вдруг это «мы». С Ларрилом никогда не было такого!

Осознав это, Татьяна невольно подняла глаза на Ричарда. Тот не смотрел на тампа. Смотрел на неё, и в зрачках снова вспыхивали и пропадали таинственные искры, для появления которых света в помещении было слишком мало.

— Это рискованно! — воскликнул Гека. — И потом — они же ничего плохого не сделают, это я вам говорю! Поизучают и выпустят. Хотите — на Землю вернут, хотите, доставят на одну из станций или планет Ассоциации!

— Мы не останемся, — твёрдо сказала Татьяна, и неожиданно тёплым взглядом ответила на взгляд Ричарда. А затем вновь посмотрела на изрядно побледневшего Геку. — И вам я не советую оставаться здесь. Времена изменились. Снаружи идет война, а в ней все средства хороши. Неизвестно, чем теперь закончатся для вас эти опыты. Кроме того, способы, которыми пользуются хозяева корабля для своих исследований — все до одного незаконны! Ассоциация уже идет по следу этих горе-исследователей. Попробуйте предугадать — во время военного положения что будут делать корабли Ассоциации, если, нагнав этот, получат отказ сдаться?

— Чёрт... — Гека поморщился, словно у него заболели все зубы разом. — Вот это я упустил из виду!

— Что ж... — подвёл итог Ричард. — Будем ждать подходящего момента. Советую повторять в памяти схему корабля ежедневно.

— Будем ждать, — эхом отозвалась Татьяна и с нежностью погладила Шуню, прилевитировавшего на её плечо.

И потянулись долгие дни заточения. Два раза адамиты забирали Геку, три — Татьяну Викторовну. А на Ричарда просто не обращали внимания, словно его здесь и не было. Еды по-прежнему приносили две порции. «Экономят, суки!» — как-то в сердцах сказал Гека. А Татьяна задумалась — какая может быть экономия на гадкой белковой каше, для приготовления которой не требуется больших затрат?