– Проводи меня в туалет, - сказал охранник нашему немецкому приятелю.

Тот мигом сообразил, что дело пахнет керосином, и тут же расплатился за все услуги. Он сразу стал отлично понимать по-русски. А утром Якубовский, обидевшись за эту постановку, так и не встретился с Итаном, а улетел в Москву.

Потом уже, спустя годы, когда Советский Союз развалился, он встретил в Москве человека, который вел эту игру с нашей стороны. "Эта сволочь выставила нам счет за тебя в сумме пяти тысяч долларов. Пришлось отдать", рассказал он. Таков эпилог этой истории.

Последний рейс

У каждого из нас есть характер. В большей или в меньшей степени. Что определяет его твердость? Умение постоять за себя, сказать "нет" или чувство собственного достоинства. Этим качеством Дима наделен в избытке.

Вспоминая сегодня историю своего конфликта с генералом Архиповым, начальником тыла Вооруженных Сил и частей КГБ, Дима говорит так:

– У меня были две отрицательные черты. На меня нельзя было орать, и я действительно хотел работать. А Архипов вел себя как барский кучер.

Утром, перед самым отлетом в Вюнсдорф, Якубовскому позвонил генерал армии Архипов:

– Прежде чем лететь в Германию, заедешь ко мне!

Это было не вежливое приглашение заглянуть перед отлетом, но приказ, сделанный в категоричной форме. Человек военный сделал бы под козырек "Есть!", но Дима не считал себя обязанным подчиняться генералу-тыловику. В его руках был документ, подписанный самим министром обороны. Группа генералов и военных юристов должна была выполнять все требования Якубовского. В их распоряжение был выделен правительственный самолет Ил-62, вести который должен был личный пилот министра обороны. Полный карт-бланш. Стоило ли обращать внимание на какие-то телефонные приказы? Оказалось, что стоило.

Утром 10 ноября 1990 года правительственный самолет Ил-62 готовился к взлету. На борту находилась рабочая группа в полном составе - люди, которые должны были проинспектировать советскую собственность в Германии и вернуть её нашему государству.

Это был не обычный самолет, на нем летали не обычные люди. Таких в государстве было всего трое: Генеральный секретарь, начальник Генерального штаба, министр обороны. Самолет Генерального секретаря обслуживал 235-й авиаотряд, а самолет члена Политбюро маршала Язова базировался на Чкаловском военном аэродроме. В этом Ил-62 было два входа. Слева находился салон первого класса, каждый столик был оборудован ВЧ, а справа крупная надпись "Территория министра обороны". Огромный салон, стол, как банкетный зал.

Настроение у всех было приподнятое. Хоть и предстояла необъятная работа, но все равно это был отрыв от советской жизни, вожделенная загранкомандировка со множеством искушений, начиная от автомобилей и дешевого ширпотреба до интрижек со страстными немками. Каждый думал о своем, сидя на борту правительственного авиалайнера, взявшего курс на Вюнсдорф.

О звонке генерала Архипова Дима к тому моменту просто забыл.

Самолет приближался к западным границам Советского Союза. Еще час лета, и Ил-62 произведет посадку на военном аэродроме. В Германии теплая осень, с дождями и легкими туманами. А в Москве уже слышалось холодное дыхание зимы.

Растерянный пилот вбежал в салон.

– Есть приказ с земли вернуться!
– выпалил он.

– Чей приказ?
– спокойно спросил Якубовский.

– Точно не знаю. Требование передано диспетчерской службой.

– Вам решать, принимайте ответственность на себя. Ведь у нас есть приказ министра лететь. Отменить этот приказ может только вышестоящее лицо.

В тот момент Дима не догадывался, что положение очень серьезно. Ему в голову не могло прийти, что кто-то вправе менять курс правительственного самолета и давать подобные указания личному пилоту министра обороны СССР маршала Дмитрия Тимофеевича Язова.

А с белорусского военного аэродрома уже поднимались в воздух Су-24 самолеты-перехватчики.

– Что делать?
– влетел пилот.
– Надо вернуться, но мы прошли большую часть пути, запаса топлива нет, едва дотянем.

Оставалось одно - подчиниться приказу. Ил-62 развернулся в воздухе и взял курс на восток.

Когда подлетали к Чкаловскому военному аэродрому, пилот вновь заглянул в салон, где сидели ничего не понимающие люди.

– Топлива очень мало, - предупредил он.
– Мы никогда не заправляем баки под завязку. Я уже запрашивал разрешение на посадку на резервном аэродроме, но получен резкий отказ. Если с первого круга не сядем, можем упасть. Не знаю, дотянем ли до бетонки...

Дотянули. С сухим баком самолет совершил посадку в Чкаловске. Подкатили трап. Дима увидел, как к самолету бежит генерал. Появилась мысль: "Сейчас пришьют угон самолета". Дима потребовал телефон. Генерал отвел его в специальный зал, и Дима набрал номер маршала Язова. Уверенный в том, что произошла какая-то нелепая осечка, и рассчитывая, что министр обороны сейчас же вмешается и наведет порядок, он рассказал о случившемся.

– Не может быть!
– ответил Язов.
– Позвони мне через десять минут.