**

Просыпаюсь от свежести утра. И странной тишины. Не понимаю, почему так тихо. Прислушиваюсь. Слышу только, как чирикают птички и шумят ветки деревьев. Почти как в деревне, только нет крика петуха.

Приподнимаюсь на локтях, обвожу глазами комнату и натыкаюсь на свой чемодан. Как? Дверь была закрытой. Ага, наивная, если Герману удалось проникнуть в мою квартиру, чего ему стоит зайти в комнату в своем доме. Ничего. Божечки, надеюсь, все же чемодан притащил Шамиль и не смотрел на меня. Потому что к утру одеяло валяется в ногах, я едва прикрыта тонкой простыней.

Вскакиваю на ноги, кидаюсь к рюкзаку. Телефон показывает шесть утра. Для меня это рань. Я никогда не встаю так в отпуске. При этом понимаю, что выспалась и не хочу возвращаться в кровать. Настораживает, что у меня нет связи, помню, вчера Герман разговаривал с кем-то по мобильнику. Ладно, уточним этот вопрос. Обматываюсь простыней, выхожу на балкон. Запах невероятный. Только вдали от города воздух может быть настолько чистым и сладким.

Бассейн уже открыт, он манит своей глубиной. Купальника у меня с собой нет, но есть хлопковый комплект нижнего белья в чемодане. Судя по тишине вокруг, тут все еще спят. Прихвачу полотенце, быстро искупаюсь и вернусь в комнату.

Подумала - сделала. Стараясь сильно не шуметь, на цыпочках сбегаю в халате, который как в гостинице, висел в ванной комнате, на первый этаж, выбегаю во двор с кухни. Кидаю полотенце и халат на шезлонг, пробую ногой воду. Прохладная, но сойдет. Резинкой собираю волосы, спускаюсь по ступенькам в бассейн и отталкиваюсь, плыву. Все же папа зря у себя не сделал бассейн. Нужно ему по этому поводу прожужжать уши, пусть к следующему году построит домашний плавательный комплекс.

Я настолько задумываюсь, что не сразу замечаю чье-то присутствие. Вздрагиваю, замираю. Возле кромки бассейна стоит Герман, мрачно меня сверлит своим потемневшим взглядом. Ниже опускаюсь в воду.

— Ты меня напугал. И вообще, чего ты не спишь? Еще рано.

Он, естественно, игнорит меня, бросает свое полотенце на шезлонг, где лежат мои вещи. Я стараюсь на него не смотреть, не разглядывать, но глаза то и дело останавливаются на мускулистой груди, спускаются ниже. Щеки начинают пылать, как у юной девственницы. Злюсь на себя. Я видела его почти голым, и все равно сердце екает, а взгляд мечется по его телу.

Всплеск, и вот Герман плывет по дну. Я бочком тихонько пробираюсь к лестнице, украдкой наблюдая, как широкими взмахами мужчина рассекает воду. «Валить надо, Марьяна. Быстро!» — вопит мой внутренний голос, и я с ним солидарна. Мне остается пара шагов, когда слышу сзади всплеск, и меня тут же прижимают к стенке бассейна. От неожиданности, испуга я впадаю в ступор, ощущая, как мокрая мужская грудь вжимается мне в спину. Ощущаю я и еще кое-что. Это кое-что вгоняет меня в краску.

— Отпусти меня! — стараюсь как можно больше злости вложить в голос, прикрыть явное смущение.

Не слушает меня, сильнее прижимает к стенке и сам прижимается так, что игнорировать его возбуждение просто невозможно.

Мысли в панике мечутся в разные стороны. Что делать? Сдаться? Отдаться? Один раз можно перетерпеть, но не хочу я. Не приемлю насилие над собой в любой форме. А он меня насилует. Правда, пока больше морально.

— Кхм, — кто-то деликатно напоминает о своем присутствии.

Я сейчас этого человека расцелую. Герман сразу же от меня отплывает.

— Простите, Герман Александрович, напоминаю вам, что через полчаса встреча, — Шамиль не смотрит в мою сторону. Вот это выдержка у мужика. Интересно, сам по себе такой или кое-кто отдал приказ не прикасаться и не смотреть в мою сторону.

Пользуюсь моментом, плыву со всей скорости к лестнице. Герман оказывается быстрее, он выходит первый, сразу же на меня накидывает халат, едва я вылезаю из воды.

— Иди в комнату и не высовывайся. Сделай вид, что тебя здесь нет.

— Но...

Он прикладывает свой палец к моим губам.

Этот жест будоражит сильнее, чем его стояк в бассейне. Я широко распахиваю веки, его глаза темнеют. Несколько секунду мы смотрим друг на друга, не в силах разорвать этот зрительный контакт. То, что сейчас происходит между нами, описанию не поддается. Воздух минуту назад такой легкий, свежий, сейчас тяжелеет и смешивается с нашим учащенным дыханием. Он смотрит на свой палец на моих губах. Я смотрю на кончики его темных ресниц. Мужчинам преступление иметь такие ресницы от природы: густые, длинные, с загнутыми кончиками. Меня аж зависть берет. Моргаю, сбрасываю с себя это наваждение, притяжение.

— Я только хотела сказать, что хочу есть.

— Есть? — его искреннее удивление вызывает улыбку.

— Да, я хочу позавтракать. И пока ты будешь свою «тайную вечерню» проводить, я могу умереть с голоду.

— Шамиль принесет тебе завтрак. Балкон закрой и зашторь. Будь послушной девочкой, Марьяна. Не создавай мне лишних проблем.

Хмыкаю, запахиваюсь в халат и прохожу мимо него. Любопытство никто не отменял. И как это не воспользоваться возможностью увидеть сходку важных людей?