– Это был не знахарь, точно. Давай оставим Костю одного, ему необходимо поспать.

– Наверное, ты права, – согласилась она, в последний раз взбив его подушку, и направилась к двери, бормоча себе под нос: – Все очень загадочно. Он появился словно из ниоткуда…

Дождавшись, пока она дойдет до лестницы, я улыбнулась мужчине.

– Ты уж извини ее. Она хочет, как лучше, но порой бывает слишком навязчивой.

– Она смертная, – пожал он плечами, как будто это все объясняло.

– Да, смертная, и я боюсь рассказывать ей о драконах и Ином мире, так что буду тебе очень признательна, если ты не станешь при ней дышать огнем. Есть какие-нибудь пожелания?

– Нет.

Я взяла поднос и зашагала к двери.

– Постарайся немного поспать. Уверена, ты почувствуешь себя лучше.

Уже закрывая дверь, я услышала, как он произнес мое имя.

– Эшлинг?

Я остановилась и оглянулась.

При хорошем освещении Константин Фекет – имя, которым, как мне серьезно сообщили, он никогда не пользуется, предпочитая вместо него уменьшительное «Костя» – уже не выглядел как грязное, косматое существо, выползшее из угла темницы. Слегка вытянутое лицо, рыжевато-каштановые волосы, зачесанные назад, высокий лоб и карие, почти черные, глаза – все это казалось совершенно мне незнакомо, но вот челюсть и подбородок были точь-в-точь как у Дрейка. Костя поерзал в кровати, поморщившись из-за потревоженных ран, и насмешливо мне улыбнулся:

– Ты злишься на Дрейка

– Какая разница, но да – злюсь.

– Ты несправедлива к нему. Он был предан мне задолго до встречи с тобой.

Я обмозговала его слова, кивнула и вышла из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.

Дрейк стоял прямо напротив, прислоняясь к стене с нарочитой небрежностью, которой я не обманулась. Он едва сдерживал драконье пламя, что явно говорило о переполнявших его эмоциях.

– Желаешь накричать на меня сейчас или потом?

– Я не собираюсь на тебя кричать, – сказала я невозмутимо и направилась к лестнице.

– Не собираешься?

– Именно. Причин-то нету. За что на тебя кричать? Я совершенно спокойна и гарантирую – криков не будет.

Дрейк, идя за мной следом по лестнице, ничего не говорил. Молчание закончилось, когда моя нога ступила на пол первого этажа; я развернулась и впечатала поднос в его грудь.

– Твой брат, Дрейк? Брат?

Он вздохнул, бросил поднос на приставной столик и, взяв меня за руку, повел обратно вверх по лестнице в нашу спальню.

– Да, он мой брат.

– Всамделишный? – спросила, вырывая руку, потому что мы оба прекрасно знали, что если я продолжу его касаться, то рано или поздно совершенно бесстыдно брошусь на него. – Не просто какой-то там брат по оружию или лучший друг, который тебе как брат, а самый настоящий единокровный брат?

– Да.

Он стоял передо мной, безвольно свесив руки. Мое сердце сжалось от сочувствия. Он выглядел таким измученным, несмотря на то, что проспал несколько часов во время перелета в Англию.

Вздохнув, он с тоской посмотрел на кровать. Я налила ему в бокал «Драконью кровь» – пряного вина, излюбленного драконами. Он взял его и тяжело опустился в одно из двух кресел около камина.

– Я должен спуститься вниз. Надо многое сделать.

– Всегда есть чем заняться. Габриэль ушел?

Дрейк кивнул.

– Он хотел обсудить сложившуюся ситуацию, но мне, в конце концов, удалось убедить его, что тебе нужен отдых.

– Мне? – скривилась я. – Я проспала всю обратную дорогу.

– Признаю, в данном случае я использовал твое состояние, как удобный предлог, чтобы избавиться от Габриэля, – ответил он, глядя на меня с беспокойством. – Он вернется утром.

Я посмотрела на часы. Приближалась полночь, и, хотя я выспалась в самолете, чувствовала себя столь же усталой, как и Дрейк.

– Ну, он не единственный кому пришлось отложить разговор на потом. Мой дядя был очень зол, когда мы высадили его у гостиницы. Он проворчал, что хочет поговорить о моем поведении утром. Как понимаю, помощи от тебя ждать не придется?

Дрейк вздернул лоснящуюся черную бровь.

Я вздохнула.

– Знаю, у тебя своих дел по горло. Как и у меня, впрочем, тоже. И раз у нас есть время до утра, мы с тобой можем немного поболтать.

Он слегка поджал губы.

– Ты хочешь узнать о Косте.

– Бинго. Давай начнем с самого начала, хорошо? Его мать Каталина? Его отец был твоим отцом?

– Да.

– Подожди секунду, ты же сказал мне, что твой отец умер сразу после твоего рождения.

Он провел рукой по волосам, в его глазах отражалось столько эмоций, что смотреть на Дрейка было просто больно.

– Фразу «сразу после» следует толковать относительно продолжительности жизни дракона. Он умер через год после моего рождения. Костя – мой старший брат.

Как я и предполагала, выдержка мне изменила. Один взгляд Дрейка и вся моя раздражительность испарилась без следа, а я оказалась сидящей у него на коленях, уткнувшись носом в его шею и вдыхая обалденный сексуальный аромат от которого моя кровь неизменно начинала бежать по венам быстрее.