Но в этот момент за оградой, через которую перелез тот тип, я отчетливо разглядела разъяренную собаку, которая лаяла и брызгала слюной сквозь решетку. Черная огромная похожая на ротвейлера. Я отпрянула и вопросительно посмотрела на Криса.

— Смотри, смотри, — спокойно сказал он, и для большей убедительности положил руку мне на спину, чуть ниже лопаток. Я снова взялась за бинокль, но постаралась отодвинуться, чтобы он убрал руку.

Бедолага, перелез через ограду и подбежал к какому-то пожилому мужчине в соломенной шляпе. Передав тому что-то напоминающее веник или букет, он рухнул на стул рядом, явно пытаясь выровнять дыхание.

— Это тот самый тип, что вчера напал на меня? — удивленно уточнила я.

— Да, но не беспокойся. Сейчас он безобиднее воробушка. Я прочистил ему мозги.

Я еще раз взглянула в бинокль. Тип сидел и явно тяжело дышал, но никаких признаков агрессии не проявлял.

— Это действительно очень интересно, — медленно проговорила я, не совсем понимая, для чего весь этот спектакль, а главное, зачем мне на все это смотреть?

— Он украл цветок редкой красоты с соседней плантации, — сказал Крис, заглядывая мне в глаза. — Это для тебя.

На обеде были только трое: я, Кристиано и Пол. Приятно было, что мы в узком кругу, но так же было и неловко находиться с Крисом. Как говорится: «Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь»1.

Этот жест с цветком был неожиданным. С одной стороны, было приятно его внимание и, как женщина, я должна была бы уже «поплыть». Но мозгами я понимала, что он достаточно опасный человек. Заводить с ним отношения — себе дороже. Плюс к этому у него довольно стервозная любовница, связываться с которой у меня не было никакого желания. Поэтому я старалась никак не реагировать на его знаки внимания и избегать любого тактильного контакта.

Кушали молча, лишь иногда Пол с Кристиано обменивались парой предложений, из которых мне совершенно ничего не было понятно. — Поставки увеличим? — спрашивал Пол.

— Пока нет, если будет КЕ2, тогда и увеличим, — отвечал ему Кристиано.

— Что-нибудь удалось выяснить? — продолжал Пол.

— Нет. Его подчистили.

На какое-то время за столом воцарилась тишина, как вдруг дверь резко открылась и в комнату практически вбежала Изабелла. Она понеслась к Крису с радостными воплями и благодарностью:

— Ах, любимый. Это так мило, — щебетала она.

Бесцеремонно усевшись ему на колени, обвила руками за шею и стала покрывать его лицо поцелуями. И только тогда я заметила в ее руке цветок. Тот самый цветок, который вчерашний горе-похититель украл с соседней плантации. Вблизи рассмотрев его, подумала, что он и в правду очень красив: напоминал то ли орхидею, то ли ирис нежно розового цвета.

Кристиано грубо одернул Изабеллу, перехватив руку, которой она ласкала его лицо и спросил:

— В чем дело, Иза?

— О, милый, — она показала цветок. — Я во дворе встретила садовника. Он показал мне цветок и сказал, что несет его для девушки босса. Я сразу поняла, что это для меня, — с придыханием говорила она. — Ты решил так отблагодарить меня за вчерашнюю ночь? — игриво добавила Изабелла.

У Криса заходили желваки. Он бросил тяжелы взгляд на меня, пытаясь поймать мою реакцию. Я не стала в ответ буравить его взглядом. Это не мое дело. Опустила глаза в тарелку, хотя есть расхотелось вмиг.

Возможно, даже хорошо, что так получилось. Не знаю, что бы я делала с этим цветком? Как бы его приняла? Что бы сказала Кристиано?

Однако какой-то червячок грыз меня изнутри. Внешне я никак не показывала своих эмоций. Но внутри все кипело.

«Девушка босса? Так вот как меня тут позиционируют?»

Упоминание о вчерашней ночи, меня не касается, но почему так больно кольнули эти слова?

— Похоже, я наелась. Пойду к отчетам, — сказала, вставая из-за стола.

Крис проводил меня пристальным взглядом, который прожигал меня даже сквозь одежду.

Я была на взводе. Бесило все! И Крис, который казался мне очень привлекательным, и Изабелла, которая нагло присвоила мой цветок, хотя и брать-то я его не собиралась, а хотела отказаться от такого подарка под благовидным предлогом. Бесила и вся ситуация в целом: я была как заложница, ни тебе выйти за пределы виллы, ни тем более вернуться в свой мир, даже поговорить мне не с кем.

Все эмоции, которые я тщательно заглушала, погружаясь в работу, всплыли на поверхность.

Нет! В таком состоянии за отчеты не сядешь. Взгляд упал на распахнутую дверь, сквозь которую виднелась зелень, сияющая в солнечных лучах.