После обеда отдохнувший и посвежевший. Петерсен, проспавший перед этим четыре часа, подошел к сидевшим у окна на лавке Лоррейн и Зарине.

– Лоррейн, пожалуйста, не волнуйтесь, – сказал он. – Для беспокойства нет повода. Джордже и я хотим с вами поговорить.

Лоррейн прикусила губу.

– Рано или поздно это должно было произойти. Можно... можно со мной пойдет и Зарина?

– Конечно, если она не будет охать, ахать и сжимать кулаки и называть меня монстром. – Петерсен посмотрел на Зарину. – Обещаете?

– Обещаю.

Майор проводил девушек наверх, в комнату, где за столом уже сидел генерал. Перед ним стояла огромная кружка с пивом, а на полу, у ног, – большая бутыль в плетеном чехле.

– Мы готовы, – сказал Петерсен.

– Да-да, – отозвался Джордже. – Вас не смутит, если я во время беседы буду утолять жажду?

– Мне показалось, что за обедом вы основательно ее утолили.

– Это послеобеденная жажда, – с достоинством объяснил генерал. – Так сказать, продолжение молитвы.

– Беседа будет короткой и безболезненной, – обратился Петерсен к Лоррейн. – Я не дантист, так что не бойтесь. Как вы, должно быть, уже догадались, нас все известно. Обещаю – и Джордже подтвердит это – что ни возмездие, ни наказание вам не грозит. Вы жертва, а не злодей, и действовали, находясь под жесточайшим давлением, неосознанно. Все сообщения состоят из фраз, значение которых вы не понимаете. Слово Джордже на военном совете имеет значительный вес. К моему мнению тоже прислушиваются, особенно в таких случаях, как этот. Ничего плохого не произойдет ни с вами, ни с Карлосом, ни с Марио.

Лоррейн кивнула почти успокоенно.

– Вы, конечно, знаете о нашем сыне.

– Да. Когда его похитили?

– Полгода назад.

– У вас есть соображения насчет того, где его содержат?

– Нет... Смутные... – Лоррейн недолго была спокойной. – Марио где-то здесь, в этой стране. Майор Киприано хотел вывезти его из Италии. Не знаю почему.

– Его можно понять, – сказал Петерсен. – Есть определенные вещи, за которые в Италии пришлось бы нести ответственность даже Киприано. Откуда вы знаете, что сын находится именно в Югославии?

– Они позволили Карлосу дважды увидеться с ним. Второй раз они пошли на это, когда я отказалась работать на них – была уверена, что Марио мертв. Но где он сейчас, не знаю.

– Да. Хорошо. Это неважно.

– Неважно?! – глаза Лоррейн наполнились слезами.

Джордже вынул изо рта свою зловонную сигару.

– Петер хотел сказать, что Киприано сам расскажет ему об этом.

– Киприано... – Лоррейн невольно содрогнулась и замолчала.

– У нас в руках ваша шифровальная книга, Лоррейн, – сказал Петерсен. – Мы изъяли ее, когда вы были на утренней прогулке.

– Вы обыскивали нашу комнату? – возмущенно воскликнула Зарина. – Какое право...

Петерсен встал, распахнул дверь:

– Вон.

– Простите. Я забыла... Я...

– Вы обещали.

– А вы никому не даете шанса исправиться? Петерсен, не ответив, вновь закрыл дверь, повернулся к столу и, усевшись на стул, продолжил:

– Двойные подкладки в рюкзаках давным-давно считаются анахронизмом. Вероятно, Киприано не допускал и мысли о том, что вы можете попасть под подозрение. В шифровальной книге нет имен, но они нам и не нужны. Там есть кодовые клички агентов, ваши позывные и время вашего выхода в эфир. Потребуется очень мало времени, чтобы заманить шпионов в ловушку...

– А затем? – не удержавшись, спросила Зарина. Джордже выпустил в потолок струю дыма.

– Не задавайте глупых вопросов.

– Почему, Лоррейн, вас послали к четникам? – спросил Петерсен. – Не задумывались? Не для чего, а почему? Киприано звал, что вы служили личной секретаршей у Харрисона и пользуетесь доверием Джимми, Киприано, естественно, считал, что бывший шеф не заподозрит вас в приеме сообщений шпионов-четников, внедренных к партизанам, и в передаче тех же сообщений в Рим, откуда информация шла в штаб генерала Мурдже. Но подлинная причина вашего появления на горе Прендж, конечно же, в том, что мы уничтожили оба шпионских передатчика, способных напрямую поддерживать связь с Римом. Итальянцам понадобился человек, который мог принимать радиограммы агентов из Бихача, работающих на рациях небольшого радиуса действия. Гору Прендж и Бихач разделяет всего двести километров. Вот вроде бы и все, – майор улыбнулся, – Еще один вопрос, Лоррейн, сугубо личный. Где вы познакомились в Карлосом?

– На острове Уайт. Я там родилась. Это недалеко от Суэца.

– Конечно, конечно. Он говорил, что часто бывал там до войны. Надеюсь, у вас будет возможность побывать на родине и после ее окончания.

– Майор Петерсен, а Карлосу... С ним все будет в порядке?

– Если вы обращаетесь к генерал-майору по имени, то простого майора тем более можно называть «Петер». Почему с Карлосом должно что-то случиться? Он же не нарушал ни военные, ни гражданские законы Италии. Если нам чуть-чуть повезет, то, возможно, завтра мы с ним увидимся.