Надо сказать кое-что и о других операциях этой «незнаменитой войны». Главная и самая легкая ее задача заключалась в захвате побережья. Эта операция началась в феврале 1941 года. Войска Британской империи были весьма разношерстными. Основную роль играли наступавшие с севера англо-индийские дивизии, часть солдат была переброшена сюда сразу после упомянутой мной в прошлой главе победы над итальянцами в пустыне (на границе Ливии с Египтом). А с юга главную роль в наступлении играли войска Южной Африки, в которых, кстати, в строевых частях служили тогда только белые [58] . С моря действия британских войск поддерживал флот. Итальянцы были разбиты быстро, они бежали в панике. Черчилль специально отметил, что британцам в целости и сохранности достались огромные склады горючего. Часть своих кораблей, базировавшихся там, итальянцы утопили. Сумели улизнуть лишь четыре подводные лодки. Обогнув всю Африку, дозаправившись по дороге топливом с союзных немецких кораблей, они пришли в Бордо во Франции (тогда город находился в руках немцев). Упоминаю это для того, чтобы показать, насколько завоевание Итальянской Восточной Африки было делом нужным и срочным. Немцы, разумеется, могли сделать то же, что сделали итальянцы, и даже больше: их надводные корабли прорывались в Индийский океан и пиратствовали там. Если бы немцы закрепились на берегах Красного моря и в Восточной Африке на «Африканском роге», то много было бы бед, в том числе для будущих поставок в СССР через Иран.

Разбитые на побережье итальянцы отходили в горы Эфиопии. И тут, в марте 1941 года, события приняли неожиданный оборот. Англо-индийские части должны были прорваться туда через Керен [59] — важный дорожный узел. Дороги шли по каньону. Итальянцы, готовя город к обороне, взорвали огромную скалу, которая завалила каньон. Пришлось британским войскам карабкаться на скалы. Итальянцы на сей раз дрались храбро и на земле, и в воздухе. Продвижение застопорилось. Были направлены подкрепления, но еще до того, как они подошли, британцы прорвали итальянские позиции. Произошло это 27 марта. И если бы не произошло тогда, то могло и вообще не произойти. Ибо 31 марта Роммель начал свое наступление в Ливии. И уже 2 апреля стало ясно, что дела англичан плохи. Немцы тогда били англичан не хуже, чем англичане итальянцев. Британцам стало не до Эфиопии.

Но после прорыва у Керена ничто уже не могло спасти итальянцев. Не будь его, они держались бы еще долго и вполне могли бы дождаться помощи немцев, укреплявшихся в Ливии, откуда по воздуху до Эфиопии не так уж далеко. Итальянцы тогда очень на немцев рассчитывали. А до побережья Красного моря, кстати, было близко…

Останавливаюсь я на этом вот почему. Героем того прорыва стал британский офицер по имени Дов Коган (в ивритской традиции Коэн). И был он не просто еврей, а еврей из Земли Израильской. Потом он еще воевал и вернулся к нам из Европы, «покрытый славой и орденами», стал командиром в «Эцеле», начал борьбу с англичанами. У нас он был тогда известен под конспиративной кличкой «Шимшон». Ирония судьбы — верховным комиссаром (губернатором) в Иерусалиме был тогда генерал Канингхем. Этот генерал отличился в Эфиопии, правда, не под Кереном. Его войска там наступали с юга, их ядро составляли южноафриканцы.

Так вот, 4 мая 1947 года «Эцель» под командованием Шимшона совершил невероятный подвиг, взяв крепость-тюрьму Акко и освободив заключенных. Это было наше «взятие Бастилии». В том бою Коган погиб.

В апреле 1941 года главные цели кампании в Восточной Африке были достигнуты. Красное море перешло под полный контроль англичан. Рузвельт разрешил американским кораблям плавать в Суэц. (Америка была еще нейтральной и ее корабли не входили в зону военных действий). Снабжение британских войск на Ближнем Востоке шло теперь вокруг Африки и успехи гитлеровцев на Средиземном море ничего тут изменить не могли. Мешали только немецкие подводные лодки в Атлантике.

Важной была и открывшаяся (или по меньшей мере возросшая) возможность ремонта британских кораблей в США — британские верфи были перегружены. Большие английские военные корабли, получившие тяжелые повреждения в боях в восточном Средиземноморье (обычно от действий авиации или подводных лодок), могли теперь отправляться на ремонт в Америку. Провести серьезные работы на месте было невозможно — не было технической базы и была угроза германских бомбардировок. Поврежденные корабли кое-как подлатывали, затем осторожно проводили через Суэцкий канал (немецкая авиация с Додеканеса пыталась его минировать) в Красное море, перешедшее под полный контроль англичан. Оттуда корабль шел в Индийский океан и, обогнув Африку, плыл через Атлантику в США. На капитальный ремонт. Путь был, конечно, дальний, зато до вступления Америки в войну почти безопасный — немецкие подводные лодки ещё не действовали у атлантического побережья США.

Но этим путём пользовались и после декабря 1941 года (т. е. после вступления в войну США) — Средиземное море до весны 1943 года было фактически непроходимо для крупных кораблей союзников.

Столица Эфиопии Аддис-Абеба была освобождена. Остатки итальянских войск отходили на север, где рассчитывали отсидеться в горных районах. Отступили они и из Годжама. 5 мая 1941 года император торжественно возвратился в свою столицу, которую покинул 5 лет назад. Сидя верхом на лошади, Вингейт возглавлял колонну эфиопских войск. И еще одну радость испытал он тогда: в Эфиопию по его рекомендации были направлены врачи — евреи с Земли Израильской (22 человека). Теперь они встретились и вместе праздновали пасхальный седер по всем правилам еврейской религиозной церемонии.

Но война еще не кончилась. «Отряды Гидеона» были распущены, однако император попросил Вингейта возглавить возрожденную эфиопскую армию и «всыпать» итальянцам. Вингейт бросился в погоню за одной из итальянских колонн, отступавших к северу. Это была большая колонна — более 10 тысяч человек. Тут он получил приказ от английского главнокомандующего генерала Кенингхейма (не путать с его более прославленным братом — адмиралом) все прекратить и ехать в Каир. Вингейт приказу не подчинился, ударил по итальянцам и разбил их. Одних только итальянских офицеров попало в плен 250 человек. К слову сказать, к пленным Вингейт относился по-рыцарски. Они должны были благодарить Бога, что эфиопы слушаются его беспрекословно, ибо эти рыцарством отнюдь не отличались. Там, где англичане их не сдерживали, расправлялись с пленными нещадно: кастрировали, убивали.