Покосившись на стоящего слева от меня Ботлера, увидел что тот продолжает хмуриться и шёпотом подбодрил его:

– Бари, ты большой молодец, не растерялся в сложной обстановке и пришёл на помощь,когда это было необходимо. А награды, бог с ним, ещё будут и не раз. Главное это спасёные жизни. Представь, чтобы было, если бы ты не оказался рядом.

– Всё благодаря вам, - буркнул тот.

– Спасибо, - улыбнулся я, - рад, что мои занятия тебе помогли. Надеюсь ты и дальше будешь ходить на мой факультатив.

– Обязательно, - снова буркнул тот, - очень хочется знать, что вы придумаете ещё.

– О-о, много всего, уверен, ты не разочаруешься, - я похлопал парня по плечу, - нас ждёт ещё множество открытий.

– И Академия Анкарна!
– громко воскликнула Нодерляйн, завершая свою речь, - ещё раз подтвердила своё звание лучшего магического заведения в мире!

Мы тоже вежливо зааплодировали, присоединившись к общим овациям, после чего, студенты были отправлены по аудиториям, как и преподаватели и на поляне перед входом остались только я, потому что первой парой была ботаника и Сильвия с Калистратисом.

Посмотрев на небо, затем на своего секретаря и в конце на меня, женщина издала глубокомысленное:

– Мда… - после чего резюмировала, мгновенно изменившись в лице и как-то сразу помрачнев, - всё хорошо, что хорошо кончается.

– Так всё же хорошо и кончилось, - произнёс я, не понимая посетившего госпожу ректора плохого настроения.

– А вот этого я пока не знаю, - ответила та, после чего добавила:

– Ну пойдём, покажешь, что там за пещера.

Я кивнул. Вчера было как-то не до этого. Пока решали что делать с костями, студентами, пропущенными занятиями и как не дать огласке уйти за пределы академских стен, день закончился, а ночью лезть в логово некромантов дураков не было. Только понаставили вокруг спуска вниз кучу различных сигналок, на случай, если оттуда опять что полезет.

Я говорил, что там пусто, но Нодерляйн с сигналками было спокойней. Впрочем, я ее понимал, ожившие мертвецы это не то, что ты привык видеть у себя на заднем дворе.

И вот сейчас, она решила туда спуститься.

Запустив над головой шарик света, я стал спускаться по уже знакомому маршруту.

Когда мы вышли в саму пещеру, Сильвия,не удержавшись, присвистнула, а магистр вымолвил глубокомысленное:

– Однако!

Правда, дальше их ждало одно сплошное разочарование. Похоже, они не совсем поверили моему рассказу, придирчиво изучая и простукивая стены и пол. Наверное им тоже мерещились груды сокровищ и запретные знания. Но, увы, ни того, ни другого за ночь тут не появилось. Пещера всё так же была абсолютно пуста. И некровзор также показывал полное отсутствие эманаций смерти.

Да, моя мантия, впитав всю силу плиты, внезапно, светиться как новогодняя гирлянда, от влитой в неё мощи, не стала. И вообще, кроме постоянного небольшого излучения тепла, никак эту самую мощь не показывала, каким бы зрением я на неё не смотрел, словно она была обычной одеждой. Но я-то точно видел как энергия перекачивается в неё из плиты, а не расеивается в воздухе. Чисто в теории, в некровзоре мантия должна была светиться аки маленькое солнце. Но либо теория врала, либо тут работали иные, мне не известные, законы магии.

Наконец мы остановились у места где когда-то лежала плита аккумулятора энергии смерти.

– Здесь, - показал я на каменное крошево на полу, всё что осталось от артефакта.

По понятным причинам, всё я рассказывать руководству академии не стал. Слишком много там было неудобных фактов, которые начни вытягивать один за другим и из героя я немедленно превращусь в злодея по которому тюрьма плачет. А раз мантия светиться не стала, то я про неё решил не упоминать, а быстро донес до всех версию, что просто уничтожил источник подпитки, тем самым обесточив всю нежить.

Калистратис присел на корточки, подхватил один из осколков плиты, поднялся, внимательно разглядывая, а затем, сглотнув, севшим голосом произнёс, обращаясь к Нодерляйн:

– Сильвия, это же кристаллид.

– Да ну, - та наклонилась тоже, подхватывая ещё один осколок, после чего зависла на целую минуту.

Название, если честно, ничего мне не говорило, но, судя по виду моих коллег, это было нечто ценное.

– Так ты говоришь, разбил, - странным голосом произнёс Калистратис, медленно, со скрипом повернув ко мне голову.

– Ага, - кивнул я, - разбил.

– Плиту из кристаллида?

– Ну, получается из кристаллида, - снова подтвердил я.

– Вдребезги?

– Ну конечно, - я показал руками, - как дал по ней и она того, - вдребезги.

Магистр как-то истерический хохотнул, но затем, поменявшись в лице, потянул ко мне растопыренные, словно когти коршуна пальцы:

– Да я тебя!...

– Рихад!
– рванула навстречу обезумевшему магу ректор.

Схватила, не давая приблизиться ко мне.