— И теперь… — осторожно уточнил князь.

— Я хочу понять, кто я, — Камилла смотрела на отца. — Я — падшая женщина, которая не может контролировать свои желания? Я — эспер, который никогда не сможет отказать никому, кто достаточно сильно в меня влюбится? Я — извращенка, которая после крови и страха смерти, хочет забыться в чужих объятиях? Или просто трусиха, которая в итоге сбежала, постаравшись, чтобы мы так и остались друг для друга просто коротким приятным воспоминанием?

Константин Николаевич слушал дочь, хмурился, но, когда она закончила, на его лице неожиданно мелькнула улыбка.

— Приятное воспоминание — хорошие слова… — сказал он. — Что ж, думаю, я смогу ответить на твои вопросы. Для начала твоя сила эспера — она не делает тебя слабее, наоборот. Она защищает тебя от чужого влияния, и с ней ты можешь всегда понять, твои у тебя в голове мысли или нет. Понимаешь, почему для меня была важно услышать твое отношение к случившемуся?

— Мне приятно это вспоминать — значит, все настоящее?

— Точно. Что же касается твоих желаний и того, что это случилось сразу после боя… Не буду говорить про всех, но лично я… В 1954-м, когда мы ходили в поход к персам, чтобы остановить прорыв из их осколка тьмы — мы тогда сражались почти три дня без остановки. Казалось, что наши искры и души были вычерпаны до дна, но мы победили. И в ночь победы половина лагеря валялась без сил, пытаясь отоспаться за все это время, а другая не могла закрыть глаза, чтобы не упасть в бездну кошмаров. Тогда мне было плевать на мою фамилию, на имена тех женщин-воинов, с которыми мы оказались в одной палатке. Мы просто помогали друг другу забыться и радовались жизни.

— То есть либо мы оба извращенцы, как и половина вашего экспедиционного корпуса, либо… радоваться жизни в объятиях того, кто тебе нравится — это нормально, — Камилла задумалась. — Кажется, я понимаю.

Девушка собралась уходить, когда князь поднял руку, прося ее задержаться.

— Если мы разобрались с тобой как отец с дочерью, то у меня к тебе вопрос как у генерал-губернатора. Не буду просить тебя оставить Мстителей или помочь мне взять их под контроль, но… просто будь осторожна и скажи, что ты думаешь об этой парочке?

— Они сильные, — Камилла прокрутила в памяти недавние события, а потом неожиданно для князя сказала то, чего он точно не ожидал. — А еще мне кажется, что ни у одного из них нет искры. Вот ни капельки!

— Но… — Константин Николаевич хотел сказать, что без искры никто бы не смог победить врага уровня эспера-десятки, но промолчал. Его дочь никогда не врала, ее искру было почти невозможно обмануть, а охотники действительно были схвачены… И тогда ему нужно было хорошенько над всем этим подумать.

* * *

Мы сидели с Арьей на кухне. Девушка расстраивалась, что не смогла поймать меня, пока не наступил рассвет… В ее человеческом теле даже самая ехидная улыбка выглядела наполненной самой искренней поддержкой и пониманием.

— За тобой должок, — сестренка протянула мне записку, где помимо слов были еще и характерные картинки. Видимо, на тот случай, если я сделаю вид, что не понимаю, о чем она.

Я решил промолчать.

— Даже два должка, — Арья наслаждалась ситуацией. — То, что ты упустил лисицу, не удовлетворив ее звериную страсть, это только твоя ошибка.

Я молчал.

— Звериная страсть — ты же понимаешь, о чем я? — Арья снова отдалась на волю своему таланту художника. И в каких только позах мне и лисице не довелось побывать. Верхом я, верхом она, что-то классическое, что-то странное…

— С чего ты решила, что она может превращаться только наполовину? — я все-таки не выдержал. — А вот эта поза вообще анатомически невозможна!

— Это потому, что ты зарядкой мало занимаешься, — Арья написала новую записку, и ее лицо мгновенно стало серьезным. — А вообще, нам надо обсудить твою экипировку. После сегодняшней ночи, мне кажется, ты начал понимать, что полагаться только на энергетические щиты — слишком глупо.

— И вовсе нет! — во мне проснулся дух бунтарства. — Надо просто больше аккумуляторов, доработать контроль пространства и…

— Идем в зал, — Арья тяжело вздохнула.

— Что?

— Идем в зал, — Арья ткнула пальцем в уже написанную бумажку. — Я покажу, как размажу тебя даже в этом теле.

Это звучало как вызов. Стало неуютно от мысли о том, что орка может оказаться права. Захотелось отказаться под любым предлогом, но я моментально избавился от этой слабости. Если я чего-то не учитываю, надо как можно быстрее это узнать. И немного позора — это вполне достойная цена за то, что я сам не сумел найти эту информацию раньше.

Мы доехали до тренировочной площадки, я предложил Арье помочь надеть защитный костюм, но та отказалась. Что ж, я отказываться от своей защиты не собирался. Термобелье, реактор защитного поля, дополнительные аккумуляторы, шокер, гранаты… Фактически мой стандартный уличный набор, разве что я не стал брать совсем уж тяжелое оружие.