Только сейчас я осознал, что Арья почему-то не узнает меня. Я коснулся скрытого в ухе сенсора управления Валерой, запросил у него обстановку, и все встало на свои места. В отличие от меня и орки искусственный интеллект единственный в нашей семье подумал о будущем, настроил выведенные в камеру проекторы и прикрыл мое лицо сложной объемной иллюзией.

Даже стало интересно: какой? Я поискал ближайшую блестящую поверхность, но рядом были только голые стены, кровать и Камилла. Впрочем, ее глаза были не хуже зеркала — я всмотрелся и тяжело вздохнул. Валера решил, что для маскировки мне больше всего подойдет образ брутального зеленого орка, этакого истинного брата для Арьи. Кажется, мы стали плохо на него влиять, и кто-то уже в самом раннем возрасте обзавелся совершенно невыносимым чувством юмора.

— Не смущает? — я нарушил паузу и указал на свою маскировку.

— Нет, — Камилла улыбнулась. — И я понимаю, сокрытие тайны очень важно.

Мы немного помолчали, а потом стали прощаться. Камилла не претендовала на мои секреты, не требовала давать каких-то обещаний насчет своих — и это каким-то образом делало нас ближе. Я завязал девушку глаза, отвел к машине, которая должна будет высадить ее за пределами города, где нет камер и вездесущих случайных свидетелей…

— Подожди, — когда дверь почти закрылась, Камилла поманила меня рукой. — Хочу напоследок рассказать тебе одну тайну.

— Да? — я нагнулся к ней. — Я люблю тайны!

— Утром, — начала девушка тихим томным шепотом, — я почти снова на тебя набросилась, но эти выступающие зубы… Кто бы ни делал тебе маскировку, он умеет убить любое желание.

И, пока я молчал, она быстро поцеловала меня в щеку, дверь захлопнулась, и машина, тихо шурша электрическим двигателем, выкатила из гаража. Я же простоял в тишине еще несколько секунд, а потом заорал.

— Валера! Сейчас мы будем говорить с тобой о чувстве юмора и том, как оно может сказаться на твоем здоровье, электронное ты животное!

Глава 13

Ли-Си бежала по крышам изо всех своих сил, но шаги сзади приближались. Девушка обернулась — никого. Обернулась еще раз — опять пустота, но спереди ударила аура опасности… Ли-Си на ходу превратилась в зверя, выпустила когти, способные разорвать даже танковую сталь. Вот только врагу было плевать на них. Зеленая лапища обхватила лисицу и прижала к огромной груди, не давай той пошевелиться, а потом появился тот человек…

— Твоя душа теперь моя, — глаза за стальной маской мерцали таинственным черным блеском.

Он вытянул руку, его зеленая напарница отпустила Ли-Си, но та больше и не думала о побеге. Девушку потряхивало, однако она взяла себя в руки и превратилась в человека… Новая растягивающаяся одежда почему-то дала сбой, она оказалась совсем голой. Вот только так было даже удобнее.

— Я вся твоя, — Ли-Си знала, как в этот момент мерцают магическим желтым цветом ее глаза.

Девушка вытянула руки, чтобы поцеловать похитителя клятвы. Она прижалась к нему всем телом, чтобы соблазнить и завершить сделку, возвращая себе свободу. Он такой маленький, но такой крепкий и сильный… Хлопнуло окно!

Ли-Си сначала чуть не проигнорировала звук — ну, откуда на улице окно! — но через мгновение опыт древней лисицы победил наваливающуюся на девушку негу. Она собралась и… открыла глаза. Никакой улицы, никакой погони, никакого чужака, которого она почти соблазнила. Только покрытое потом тело, липнущие к нему белые простыни и… Тень на фоне ярко-желтой Луны.

Лисица подобралась, готовясь к прыжку. Оставалось только понять, кто же это так невовремя к ней заглянул? Кто прервал такой приятный сон и кто оказался настолько силен, что поставленная ею защитная печать просто сгорела от его приближения?

— Ли-Сини-Ань Фуси, я вижу, ты не спишь, — человек в окне заговорил и назвал ее полным именем.

— Кто ты? — Ли-Си открыла глаза, но не стала спешить со всем остальным.

— Важно не кто я, а кто меня послал. Банда Пяти Топоров, третий Столб величия и покоя ночного Китая, хочет, чтобы ты вернула долг твоей семьи…

В памяти Ли-Си прокрутились события почти вековой давности. Опасное сражение у подножия ее родных гор, молодой парнишка, смотревший на нее влюбленными глазами, а потом прикрывший от разрушительной искры тьмы… Она пообещала, что вернет долг, и вот его потомки пришли за ним.

— Чего хочет Столб величия и покоя?

— В Москве есть человек, который мешает делам Топоров, очень важным делам.

— О, я понимаю их важность, если вы решили потратить на это мою клятву. Что за дело и кто должен умереть?

— Дела Топоров пусть останутся делами Топоров, — незнакомец покачал головой. — А убить нужно разгулявшихся по ночам неких Мстителей. Из-за них на улицах слишком мало банд, которым на все плевать, и слишком много полиции и корпоративных игигов, которые начинают задавать ненужные вопросы.