— Значит… — я запнулась. Сделала несколько рванных вдохов. — Я могу увидеться с Помпеем?

— Подождите немного. Скоро вас пустят к нему.

Я будто в полном онемении кивнула. Даже спорить с Нордом не стала. Не смогла.

Мне нужно было время.

Перед глазами не плыло, но замирало и каждое мое движение было таковым, словно я находилась на дне глубокого озера, где вода создавала невесомость и в тот же момент давила с такой силой, что я с трудом передвигалась.

Кое-как очнулась я уже будучи на крыльце около дома. Я не помнила того, как вышла к ступенькам и села на них, я даже не понимала того, когда успела сделать кофе, чашка с которым сейчас обжигала руки. Я вообще ничего не осознавала, словно мое сознание по кусочкам рвалось на части.

Помпей. Были дни, когда я всей душой искренне желала гореть ему в преисподней. Я прекрасно помнила ощущение, когда думаешь, о человеке и всеми частями души, желаешь его больше никогда не видеть.

Я испытывала к нему ту ненависть, которая уже становилась состоянием души и, создавалось ощущение, что она уж точно никогда не исчезнет, а сейчас…

Сейчас я не понимала саму себя.

Со смертью Помпея мы теряем все. Сторону Веста. Мою свободу. Все к чему мы стремились и шли, желая победить. Все это рушится и превращается в обгоревшие руины.

И это должно пугать. Ставить в настолько жестокий тупик, что в нем в пору сойти с ума.

Но я в этот момент почему-то думала именно о Помпее. Только о нем. О том, что этого чертового ублюдка скоро не станет, а я никак не могла понять, как вообще может быть такое, что в этом мире его больше не будет существовать.

Нечто такое у меня просто не укладывалось в сознании.

Возможно, я все еще отторгала эту мысль. Воспринимала ее, как нечто за гранью возможного, но реальность остро возвращала к себе. Впивалась в меня своими когтями.

— Мисс Мелисса, вы можете увидеться с мистером Дагером, — на крыльцо вышел Норд. — Осмотр закончен. Он сейчас в спальне.

— Осмотр так и не принес хороших новостей? — спросила, вставая со ступенек.

— Нет. Но для мистера Дагера были подобраны препараты, которые ослабят боль и помогут придерживать его в более-менее нормальном состоянии.

— И как долго он сможет быть в таком состоянии?

— От недели до месяца.

— А потом?..

— Окончательный исход я уже сказал вам.

Я опустила голову. Руки дрогнули и горячий кофе пролился на ладонь оставляя на коже покраснение. Ожог. Но я вся была в таком же состоянии. Словно все тело покрывалось ожогами.

— Я приношу свои соболезнования, мисс Мелисса. Я понимал, что между вами и мистером Дагером имелись сильные конфликты. Когда я сказал о том, что вам нужно вступить в брак с ним, вы сказали, что кто угодно будет лучше, чем он. Даже какой-нибудь бездомный. Но так же я понимаю, что у нас с ним были те годы, которые можно назвать счастливыми. Вы были практически семьей, хоть и жили, как братья. И сейчас я вижу, что вам плохо. Мне жаль, что все произошло именно так.

Я качнула головой. На слова Норда я не нашла, что ответить. Мне срочно нужно было увидеть Помпея.

Покачиваясь, я пошла в дом и, поднявшись по ступенькам, без стука вошла в спальню. Помпей стоял около кровати. Как раз надевал кофту, но я успела увидеть черные вены и на его торсе.

— Я все знаю, — сказала, закрывая дверь и замечая то, как глаза альфы опасно сузились. — То, что ты умираешь.

— Норд рассказал? — в голосе Помпейя послышалась металлическая мрачность.

— Это не имеет значения. В этом доме многие знаю, о твоем состоянии. Норд, врачи, думаю, охрана, присутствующая при твоем осмотреть. Только я, черт раздери, должна была остаться в неведенье?

— Так лучше.

— Неужели? — я начинала злиться. — А если бы я умирала? Ты был бы рад, что я тебе об этом не рассказываю?

— Со мной такое не впервые. Я уже привык подыхать, — Помпей достал сигарету и подкурил ее. — Раньше ты об этом не знала и отлично жила.

— О чем ты?

— Я тебе уже говорил об этом, — он достал сигарету и подкурил ее. — Однажды мне сказали, что я без истинной умру и, поверь, Лиса, я уже давно смирился с мыслью, что долго не проживу. А ты тогда жила отлично. Ничего не чувствовала. Значит, и сейчас продолжишь отлично жить.

— Шутишь? — мои губы дрогнули. — Как ты можешь такое говорить?

— Разве тебе не будет проще?. Из-за чего такая реакция? — уголок губ Помпея иронично опустился вниз. — Или ты переживаешь о своей свободе и о Стороне Веста? Не волнуйся. Эти уебки их не заберут.

Я не понимала, откуда у Помпея была такая уверенность, но чувствовала, что он будто бы дошел до точки кипения, словно Цезарь его окончательно разозлил.

Вот только даже на этом сейчас не могла акцентировать внимания.