— Что? На мемуары потянуло? Лет то тебе сколько, слуга народный? Двадцать пять?

— Двадцать восемь. Но это неважно. Я хочу рассказать о своём опыте, участии в молодёжных проектах, о становлении нового поколения российских политиков, поколения двадцать первого века…

Погоди, погоди, политик-муитик. Ты же Красноярский кадетский корпус заканчивал, так сказать птенец генерала Лебедя Александра Ивановича?

— Да, нас в ЛДПР много из кадетского корпуса.

— Ну и какая книга автобиографическая получится, если ты уже успел предать память генерала?

— Как?! Как предал?! — искренне удивился Анастас.

— Ты Жириновского чтишь и уважаешь?

— Конечно! Владимир Вольфович великий политик, лидер парламентской партии.

— Да к Вольфычу как раз нет вопросов. С ним всё понятно. Другое неясно, как кадеты, лебедёвцы, предали память генерала и пошли под знамёна партии его злейшего врага — Жириновского.

— Почему врага?

— Эх, молодо-зелено. Да люто враждовали Лебедь и Жирик, так яро, что искры высекались от их злых фраз в адрес друг дружки.

— Правда?

— Ей богу! Я даже песняк наваял про предателей кадетов.

— Что за песня, я выборные про Буса, Бородинского иСидоренко слышал, пел даже в караоке, а эту не знаю.

— А, ты ж музыкалку вроде заканчивал, если верить выборной агитгазете.

— Да, по классу вокала.

— Чёрт, ну тогда задержусь ещё на пять минут, так сказать, напою, хотя какой из меня Карузо. Знаешь белогвардейскую известную песню: «Господа офицеры, я прошу вас учесть, кто сберёг свои нервы, потерял свою честь»?

— Конечно, пел даже пару раз.

— Ну и славно, слушай, Кобзон горсоветовский…

Вот и жизнь на излёте,

Вот и всё, кончен бал.

Умирал в вертолёте,

Боевой генерал.

И в минуту ухода

Он подумал о них,

О мальчишках в погонах

О кадетах своих…

Жириновцы-кадеты, голубые князья.

Прочь с плечей эполеты, вам носить их нельзя.

За мандат депутата предал Лебедя взвод

И хмельной сын юриста вас по баням ведёт.

Двести грамм приму на ночь,

Водка пьётся как чай,

Александр Иваныч,

Дорогой наш, прощай!

Над могилой героя,

Небо плачет: дождь, дождь,

А кадет ведут строем,

Явлен им новый вождь…

Жириновцы кадеты, голубые князья,

Негодяев отпетых, ждёт Иуды стезя

Жириновцы кадеты, я прошу вас учесть,

Кто был с Вольфычем в бане, утерял свою честь.

Певец из меня так себе, но вижу — зашёл опус, Анастас насупился, посмурнел.

— Что, герр депутат, за живое задело?

— Это заказная песня?

— Да где ж заказ увидел? Просто когда вся ваша кадетская шайка-лейка организованно промаршировала под знамёна Жирика, строчки сами сложились. Ты то пацан, а вожди лебедёвского движения в крае лет 20 назад Вольфыча как только не муесосили. Но, время прошло и служат сыну юриста, не жужжат. Такая вот она, политическая целесообразность…

Распрощавшись с озадаченным жириновцем направился к переходному порталу, думал переместиться в Логово и там поспать пару часов, всё равно для всех еду в столицу солнечной Хакасии, связь в дороге то есть, то нет, можно и проигнорить звонки.

Но вдруг, на ходу, осенила гениальная идея, как частично вырваться из-под тотального цифрового контроля государства. Работает в мэрии красноярской чиновник, завотделом в земельном департаменте, чертовски на меня похожий гражданин, некто Макаров Игорь Антонович. Гад редкий, сволочь и взяточник. Почему знаю — у приятеля любовница нехилую сумму отвалила господину Макарову за оформление участка. Так тот, гнида, ещё барышню и домогался. Сидим недавно с приятелем, пьём пиво, подходит его пассия и охреневает.

— Вань, ты ж говорил, нет у тебя связей в земельном департаменте.

— Ну, нет и нет.

— А это кто тогда, — и на меня указует перстом, эдак обличительно указует…

— Друг мой школьный, я ж рассказывал, знакомьтесь…

— Раньше надо было знакомить, пока друг за жопу не хватал.

— Что? Димас, я не понял. Ты Ларису за жопу хватал?

— С какого перепугу? Впервые вижу твою Лару Крофт.

— Димас?

— Да, Дмитрий.

— Простите, очень похожи на одного мерзавца, с двух шагов не отличить, — а сама пристально так вглядывается…