Кстати, плотники-соседи наверняка балуются конопелькой, водку им Учитель запрещает потреблять, а травка самое то, алилуйно и херувимно. Ну, гады, держите ответочку…

К мести подошёл основательно, первым делом обеспечив себя стопроцентным, нет , даже не так — 146% алиби. В половину девятого вечера объявился в своём любимом ресторанчике, недалече от офиса, заказал двести водки, мясо. Поел, выпил, пошутил с официанткой Таней, щедрыми чаевыми «закрепил эффект». С хозяином заведения, добрым знакомым, опять же пообщался, сказал уходя, что пора отсыпаться, завтра поутру в Абакан ехать, Вальку Коновалова «на царство» избирать.

Из ресторана в парк дошёл за пару минут, в кусты нырк,— в Логове быстро переоделся. С обувкой не заморачивался, всё равно никакой обыск в Логове невозможен в принципе. Взял калоши, которым судьба лишь один раз быть ношенными, накидка-балахон охотничья, типовая. Но морду лица на всякий случАй подстраховал маской. Чёрт их знает, современных сектантов, они хоть и херувимят неистово, но прогресса не чужды, камер наблюдения могут понатыкать по периметру своих владений. Только я появлюсь не с улицы, не «с задов», а окажусь сразу в центре их участка, не зря изображал фотокорра, поражённого мастерством плотницким дорогих соседушек, создал мини-портал в нужном месте.

Старая дедовская вертикалка, можно сказать — наследство. Когда предок помер, ружьё я забрал себе, неофициально, не регистрируя. Тогда спрятал в подполье, а теперь, с появлением Логова, держу уже открыто, кто ж сюда прорвётся-проскочит, какой-такой ОМОН-спецназ преодолеет преграды, инопланетной цивилизацией выставленные?

Как там дед говорил про яро верующих (правда не про виссарионовцев, а про кержаков, но подходит и в данном случае, ой как подходит) и тут же грешащих: «где молятся, там и порятся». Прав был старик!

Ну, поехали! От Красноярска до Таят даже напрямки на сверхзвуковом истребителе за эти минуты, что я из рестораничка до парка шёл и в Логове переодевался, не домчать, не долететь.

Ап! И вот я во дворе у Владислава, у Игоря, к сожалению не удалось портальчик зафиксировать, ну да ничего, успеется. Собаки, едва проявил себя в ЭТОЙ реальности, взлаяли, зло и нервно. Не кормит псов поди хозяин, чтоб злее были, чтоб службу несли. Хотя, виссарионовцы мясо не особо жалуют, следовательно и пёсики их не сибаритствуют. Навёл дедов ствол на желтеющее светом электрическим окно, десять вечера примерно, какой сон. БАХ! Второе окно на прицеле, стараюсь верхнюю половину расколотить, — БАБАХ!

А в ответ тишина. Никто не кричит, не орёт. А ведь бабы и детишки тут есть, хотя, стоп, они в той половине большого дома, где окна на улицу. Ну и славно, их пугать нет ни малейшего желания. В принципе, святая мстя свершена, Владик и Игорёша теперь будут думать-гадать, кто ж их так «предупредил». А когда выяснится, что гражданин Кузнецов в это время водку пил в краевом центре, тут уж зачешут репу сволочи мохнорылые, призадумаются. Переломил вертикалку, уложил отстрелянные гильзы в карман и ещё дважды пальнул в яркий фонарь, освещающий переулок. Попал, конечно. Три шага назад, вот он, мини-портальчик родной! А вот и Логово!

Дурь, мальчишество! Вот на хрена в диверсанта решил поиграться? Не пацан же, здоровый мужик, пятый десяток разменявший! Теперь, даже при железобетонном алиби, пристальное внимание силовиков к моей персоне обеспечено. Но как же трудно, невозможно было удержаться, когда посмотрел на торжествующие хари домишко мой спаливших уездных кукловодов, посчитавших себя местечковыми богами, вернее, особами, приближёнными к идолу уездного масштаба. Ай, утро вечера мудренее, а пока на боковую, коль обозначил, алиби ради, себя в Красноярске, тогда пора спать, а утром в офис, такси вызову, чтоб всё как положено, чтоб ни малейшей тени сомнения ни у кого не возникло!

Глава 7.

Надо отдать должное провинциальным сибирским полицейским — позвонили на мой номер в половине десятого утра и милый женский голос поинтересовался не Кузнецов ли Дмитрий Анатольевич на связи.

— Аз есмь, милая барышня. А вы кто будете, что меня будите. Ах-ха-ха, оцените каламбурчик!

— В хорошем настроении, Дмитрий Анатольевич?

— Точь так, прекрасная незнакомка, точь так. Подскажите, как вас величать, прелестница.

— Капитан полиции Морозова, Курагинский район.

— Господи и голос сразу изменился, построжал. А имя есть у капитана Морозовой?

— Екатерина Дмитриевна.

— Катенька, вы уж не спорьте и не возражайте, я старше, в отцы вам наверное гожусь, Катюшей буду называть. Итак…

— Дмитрий Анатольевич, дело очень серьёзное. Я в курсе, что вы человек творческий, с юмором. Но давайте серьёзно. Где сейчас вы находитесь?

— Дома в нашем Енисеесибирске замечательном, это я так Красноярск прозвал. Собираюсь в Абакан ехать через пару часов. Выборы губернатора всея Хакасии освещать надо. А коль вы из Курагино, значит по пожару на моей фазенде разговор?