Может операция это не так уж и плохо? Но и рисков много. Тогда надо решить вопрос о том, кто будет ухаживать после операции. Если только понадобиться. Задумчиво почесала голову.

Ладно, сначала решим этот вопрос. А потом займемся и этими мудаками.

Вышла из-за большого стола и направилась на крыльцо. Свежий и прохладный воздух наполняет легкие. Я глубоко втянула этот запах.

Достала телефон и набрала матери.

– Ну соизволила.
– Ни привет, ни как ты дочка? Я тяжело вздохнула. Говорить, как то расхотелось говорить.
– Совсем мать забыла.

– А я думала ты обо мне забыла.
– Повисла тишина.
– У меня операция намечается…

– ооо… Я сидеть с тобой не смогу. У меня дом. Смотреть за ним некому. Да и денег нету.
– хмыкнула. Кто бы сомневался.

– Я тебе только в том месяце перевела почти сотку.

– Да что это вообще в наше время. Не копейки не осталось. А мне вон надо в больницу сходить, ногу проверить.

– Издеваешься?

– Я подвернула ее. А тебе плевать?!
– Возмутилась женщина. Я снова тяжело вздохнула.

– это было месяца три назад.
– Обижено ответила.

– Какая же ты все таки эгоистка!
– На этих ее словах я сбросила трубку.

Обычно, родители балуют детей, а в мое случаи разбаловала я. В какой момент она стала такой?

Почувствовала вкус денег. Только о себе и думает. Дочери на операцию, а ей нога… Устало вздохнула, смотря на вершину зеленых гор. Как же здесь все таки красиво… Лес чарует и свежий запах наполняет меня изнутри. Жаль только тяжесть от происходящего меня угнетает. Давит. А то этого никуда не деться.

Покрутив телефон, решила позвонить Наташке. Но разговор у нас толком и не вышел. Сеть плохо ловила и все что я поняла по разговору, она уехала к родителям. От этого не легче. Позади раздались голоса. Все выходят на улицу.

– НУ что Сонька, готова к ужастикам?
– Юра положил руку мне на плечи и подталкивает вперед.

– Руки от царской власти.
– Сказал выскальзывай.

– Вай царица.
– Проговорил он смеясь.

Изольда взяла меня под руку. А вот Юру кот поймал за руку. Что-то ему на ухо сказал. Что именно не услышала.

– А у нас зефир есть!
– Проговорил Матвей. Снял рюкзак и отрыв его, показал упаковку.

– Фу… - Я сморщилась.
– Вы этим питаться будете? Гадость какая.

– Она ведьма!
– Показал на меня пальцем Матвей. Все засмеялись. На что, я показала язык.

В его глазах отражается пламя огня. Лицо серьезное, кот внимательно смотрит на огонь. Ведущий рассказывает страшилки, но он будто и не слышит. Глубоко погружен в свои не веселые мысли. Почему не веселые? Взгляд тяжелый. Даже находясь в таком тихом и спокойно месте, он все не мог расслабиться. Почему то переживать стала за него не много.

Да, видимо новость его ошарашила. Я хоть это не скрывала, но и рассказывать каждому встречному не собираюсь.

Серые глаза были удивительные, полные. Почему то только в эту секунду позволила залюбоваться им. Красивая шея… Ключица. Широкие плечи и сильная грудь. Из под кофты не видно рельефа, она свободно на нем весела. И мне безумно сильно захотелось вдохнуть это его запах, которым, по любому пропахла его кофта… Руки его сложены вместе, он оперся локтями о калении. Пальцы изящные. Они не длинные как у Димы, но не меньше прекрасны.

Вернула взгляд на его лицо. Прямой аккуратный нос. Не много заостренные скулы. Лицо суровое, но чувственные губы смягчают.

Глаза… чеширского кота, не моргают. Ресницы длинные. Красиво… У дочки такие же будут. Только причем это? Какая дочка? Но все это быстро покинуло мой мозг, когда снова уставилась на его губы. Слегка полные, красивые и самое завораживающие в них то, что они плавно начинают растягиваться в улыбке, являя не большие ямочки. Красиво. Вот бы почувствовать их. Их мягкость и нежность. Он такой же вкусный, как и его запах?

ОЙ! Я быстро подняла взгляд на его глаза, которые с весельем смотрели на меня. ОЙ! Я растерялась от этого неловкого момента. Заметала глазами по сторонам. Да блядь… Вот как так можно было? Как?

Мало того, что я не красиво уставилась на его губы, так еще и забыла о том, что это из-за него я урод и из-за него меня ждет операция.

Димы не было среди нас. А жаль, побесился бы!

Почему кот так улыбается?

Как я могу думать о его улыбке, когда на днях операция и почему то я уверена, что мой любимый доктор - ай болит, уложит меня на операционный стол. От этих мыслей у меня затряслась нога.