– А вот это ты зря: возле трупа свои отпечатки оставляешь, будто тебе все равно, что дальше будет. Зачем же светиться?
– Говоря так, Сыщик вновь попытался внушить надежду человеку, от которого во многом зависело дальнейшее успешное развитие операции. Он поднял нож и вытер о брюки лежащего неподвижно боевика.

– Ну что же, Лиса, поехали дальше. Время не ждет. По дороге посоветуемся, что сказать Бульбе.

– А что тут думать? Скажу, что новая поставка состоялась и Косой велел срочно все сложить в склад.

– А как мы его выманим из квартиры, чтобы перед домашними не засветиться?

– Нет у него домашних. Один старый пень живет.

– Это хорошо. Значит, лишних хлопот не будет. Садись в машину. Поехали.

Лишних хлопот действительно не было. Все оказалось обыденно просто. Бульба - седовласый старик с широким носом, за который, по-видимому, и получил свое прозвище, - даже не удивился, увидев пришедших вместе со знакомым ему Лисой чужих людей: надо так надо. Он взял увесистую связку ключей и повел их через соседнюю улицу на пустырь, где стояло несколько сероватых приземистых, капитально сделанных гаражей. Сыщик, сдерживая волнение, наблюдал, как старик долго возился с тяжелым замком и с натугой раскрыл массивную железную дверь.

Этот гараж словно крепость, подумал Сыщик, рассматривая тяжелые бетонные стены.

Посредине стоял раритет - старенькая горбатая Победа, а под ней зияла глубокая ремонтная яма. В ней виднелись накрытые чехлами оружейные ящики. Да, они попали в точку: здесь хранился целый арсенал. Сыщик сразу подумал, что погрузить и увезти в двух машинах весь этот груз будет нелегко. Но задерживаться здесь, несмотря на довольно глухое место, было нельзя. Он подмигнул Десантнику и кивнул на Бульбу, а сам встал чуть сзади Лисы. Как только Механик прикрыл за ними дверь, включив висящую сбоку лампочку, Десантник умелым ударом ножа прикончил старика, а Сыщик выстрелил Лисе в затылок: так будет лучше, он даже не успел осознать свою обреченность. Мавр сделал свое дело - мавр может уходить. Вот пусть и уходит. И, вспомнив, как Лиса бросился с ножом на своего приятеля, Сыщик почувствовал некоторое утешение, оправдывая его подлостью собственное лживое обещание не трогать этого человека. И сама мысль, что сегодня вечером ему ещё придется решать судьбу армейских служак, была противна.

Сыщик поспешил дать указание подогнать к гаражу машины и начать погрузку. Сам же направился к телефону-автомату на углу соседней улицы. Надо было доложить и получить дальнейшие указания Зеро, ожидающего его звонка на конспиративной квартире.

Истомившийся от нетерпения и неизвестности Зеро поднял трубку сразу после первой трели звонка. Услышав сообщение Сыщика, облегченно вздохнул:

– Ну и молодцы! Грузите все, что войдет в обе машины, и отгоните их в район Плющихи. Помнишь место, где меня в последний раз высаживали? Вот там и поставьте обе машины. За груз не беспокойся - его возьмут те, кому положено. А сами поодиночке на городском транспорте добирайтесь сюда ко мне, на явку. Да, кстати, гараж не забудьте закрыть как следует, чтобы не сразу спохватились. Все ясно?

Сыщик исполнил все в точности. Машины на приспущенных от тяжелого груза колесах катились медленно, и они затратили больше времени, чем предполагали, добираясь до места. Оставив машины у тротуара, они разошлись в разные стороны, чтобы порознь добираться до конспиративной квартиры, где их ждал Зеро.

У Сыщика появилось желание задержаться возле оставленных ими машин и из укрытия понаблюдать за теми, кто возьмет груз. Но не было времени, его ждало ещё решение проблемы с офицерами. И он, выдержав пять минут, но так и не дождавшись получателей груза, вынужден был поехать вслед за всеми.

Когда в комнате собрались все члены бригады, кроме Гонщика, сидящего на запасной квартире с офицерами, Зеро их сдержанно похвалил за ликвидацию опасного арсенала и сказал:

– Ну, теперь осталось только решить вопрос с армейскими негоциантами. Какие будут предложения?

– Отпустить их с миром надо. Они нам помогли там, в лесу. Да и напуганы задержанием, а потому будут молчать. И не посмеют больше торговать оружием.

– Ты, Взрывник, меня неверно понял. Я не спрашивал - казнить их или миловать. Здесь вопроса нет: в живых их оставлять никак нельзя. Слишком много знают, да и вас в лицо видели. Так что я интересуюсь лишь тем, как их ликвидировать. Надеюсь, это понятно?

– А я все равно против, - загорячился Взрывник.
– Мужики попали в затруднительное положение, сломались. Но им можно дать шанс исправиться. Тем более у майора трое детей. Я лично не решусь их осиротить.

– Не дури, - вспылил Десантник, - Зеро прав. Косой-то знает, из какой они воинской части. И, обнаружив трупы и исчезновение оружия из гаража, возьмется за них всерьез. Они все расскажут. Так что нет у нас выбора.

Зеро уже открыл рот, чтобы пресечь ненужную перепалку и высказать свой вердикт, когда Сыщик поспешил вмешаться:

– Разрешите мне сказать. Когда я учился в милицейском учебном заведении, читал у нас лекции по оперативной работе профессор Гребельский. Так вот он любил говорит: давайте поищем палиативный вариант. Вот я сейчас и хочу предложить такой вариант, чтобы все стороны были удовлетворены. ИЗеро, и Десантник абсолютно правы. Если не хотим собственного провала, то надо офицеров ликвидировать: слишком уж они опасные свидетели. Но в то же время надо все обставить под несчастный случай, под автокатастрофу на обратном пути из командировки. Ехали усталые, не справились с управлением, свалились в кювет, машина загорелась. Вот вам и смерть при исполнении служебных обязанностей. В результате женам и детям положена пенсия по смерти кормильца вместо суда и позора.