— Вы убили человека… — только и смогла сказать я, тот факт, что он знает моё имя, имя моей сестры и имя её мужа выбило окончательно хоть и зыбкую, но почву из-под моих ног.

— Человека? Этот ублюдок изнасиловал бы тебя, а потом задушил так же, как троих девушек до тебя. Человек? — теперь в его ледяных глазах плескался вызов и гнев, прежде симпатичное лицо стало страшным от оскала.

— Больной человек. Надо было его скрутить, я не просила его убивать! — говоря это, мне не было жаль того действительно ублюдка, я рвала за себя и свою свободу.

— Он отсидел за девочку вроде тебя десятку. Одна девочка, вышел и сразу плюс две, ты стала бы третьей. И сразу, ты не дура, а я от тебя крыться не стану. — на стол рядом с пистолетом он с грохотом кинул десяток папок.

— Что это? — глаза уже болели от слёз, которые я не пускала.

— Начнём с самого пробирающего. — он пролистал папки, вытащил нужную из середины, и начал рассказывать, даже её не открывая.

Он рассказывал про маленького мальчика, намекая при этом на моего племянника Никиту.

— Я хочу уйти! Просто отпустите меня! Да что это я?! Вы не имеете права! — я вскочила с кресла и выбежала из кабинета.

Понятия не имея, где нахожусь, в своём ли я городе и как выбираться от этого маньяка. А моим сверкающим пяткам, скорости добавила та женщина, что так и вытирала пыль. Её кирпичное лицо просилось в фильм ужасов, не меньше.

Поймала машину быстро. Что странно, я ведь была босая, в одном халате.

— Че жена не вовремя вернулась? — засмеявшись, спросил мужик, к которому я села без всякого страха.

Ведь тот страх что гнал меня из этого дома был сильней, даже после того ублюдка, сдирающего с меня колготки, несравнимый ни с чем.

— Должна была в понедельник. — выдавила из себя и уставилась в окно, чтоб понять, где я.

— Чуйка у жён. Я тут тоже недавно чуть не спалился. Благо сорвалось всё. Жёнушка с дачи вернулась, волосы у меня во всех местах зашевелились. Это ж надо! Вот везуха! — мужик опять заржал как конь, а мне стало тошно.

Больно водила был похож на Сергея, мужа сестры. Подловатый он мужик. Как его раскусил мой спаситель, а заодно и похититель.

Мужик вывез меня в город, высадил у подъезда. Соваться на дачу не было никаких сил ни моральных, ни физических. Наверняка там сейчас полиция всех опрашивает, а тут я заявлюсь босая в одном халате на голое тело. Вот вопросов-то будет.

— Привет мой хороший. Почему не в садике? А где мама? Ты один? — Никитка открыл дверь мне, что для меня было даже хорошо, от Вероники полетели бы неудобные вопросы.

— Ты чего Кира? Сегодня же суббота! Садики в субботу не работают! Мама в магазин пошла, Юлька гуляет. Пойдём мультики со мной смотреть! — племянник потянул меня за руку в комнату к телевизору, а меня затрясло.

Суббота?! Домой я возвращалась в четверг, всё случилось в четверг, я целые сутки без сознания была, раз сегодня уже суббота.

— Ты иди, а я переоденусь и приду.

Надо было привести себя в порядок, одеться, чтоб не вызвать лишних вопросов у Ники. Хорошо, что работа у меня сменная два через два и пятница с субботой как раз выходные дни. Моё отсутствие на работе вызвало бы лишние вопросы. Я постаралась максимально успокоиться, переоделась, достала свою старую сумку, если сестра спросит, скажу, что у той оторвалась ручка или в трамвае порезали. В сумку полетели запасные ключи от квартиры и дачи. Когда брала в руку связку от дачи, та тряслась. Как туда возвращаться теперь? Как ходить мимо того поросшего кустами гаража? И главное, сейчас всё садоводство гудит об убийстве.

— Мама что тебя обедом не кормила? — заглянула в комнату, изучив содержимое холодильника.

Ника всегда была раздолбайкой, дети росли сами по себе чаще у телека с мультиками, завтрак, обед, полдник и ужин только в моём присутствии, хотя это не имело смысла. Привыкшие есть нормально один раз в день племянники ковырялись в тарелках без аппетита. Нет они не голодали, Ника снабжала их йогуртами, печеньем, вафлями, всем тем, что не нужно готовить, а можно быстро заткнуть детям рот. И сама питалась чёрт знает как, и по большей части ели нормально, когда её муж Сергей возвращался с работы. Мужика надо кормить, ему голодный рот вафлей не заткнёшь.

— Я не хочу! — не отвлекаясь от экрана, отозвался Никита.

А рядом с ним уже валялась пустая пачка из-под кукурузных палочек и коробка из-под сока.

Конечно, какой тут обед? И неудивительно, что у второклашки Юльки уже гастрит, а скоро и Никитка её догонит.

— Я лапшу куриную сварю. Будешь? — это Никита любил.

— Ага. — равнодушно отозвался ребёнок, чтоб я только от него отстала.

— А где собака? — только сейчас сообразила, что не хватает истеричного лая от пуделихи Симки.