Многие мальчики, выросшие в военных городках, мечтают стать офицерами, поскольку не знают иной жизни, но случаются и такие, кто не питает к военной службе ни малейшей симпатии. Март был как раз из последних.

С большим трудом настояв на своем выборе, Вениамин отправился поступать в институт и в первый раз после того памятного случая влюбился. Она стояла в очереди таких же абитуриентов и волновалась, отчего ее юное лицо, в обрамлении облака густых волос цвета спелой пшеницы, казалось прекрасным и одухотворенным. Стройная фигурка и дерзкая мини-юбка, открывающая длинные стройные ноги в туфлях на высоком каблуке, не могли не привлечь к себе юношеского внимания.

Ни одна из девушек, рискнувших посвятить себя авиации, а таких, к удивлению Марта, было немало, не могла с ней сравниться. При том, что среди них хватало вполне симпатичных и в еще более коротких юбках, но вот она… Она была одна!

Через четверть часа их начали пускать в аудиторию, где проходил экзамен. Девушка пошла первой, а через некоторое время пришел черед Вениамина. Робея от прикосновения к мечте, он взял билет и пошел готовиться. Вопросы оказались сложными, но он неплохо подготовился и потому принялся писать на листке бумаги со штампом института, выполняя задания, пока в какой-то момент не отвлекся и не поднял голову…

Она стояла перед приемной комиссией такая беззащитная и одновременно прекрасная, что хотелось встать между ней и злобными старцами и отгонять их сияющим в лучах полуденного солнца мечом. Не было подвига, которого бы Март не мог совершить ради этой прекрасной девушки. Достать звезду с неба – пожалуйста! Разогнать тысячи врагов – где они? Помочь с экзаменом…

Мысль о том, что она не поступит и он, возможно, никогда ее больше не увидит, казалась ему невыносимой, и Вениамин начал действовать. То есть в тот момент он этого еще до конца не понимал, но внимательно смотрел на членов приемной комиссии, постепенно входя в давно забытое состояние, в котором как бы рассматривал их со всех сторон. Только что презрительно кривившие губы профессоры и доценты вдруг стали благожелательно улыбаться, выслушивая ответы явно приободрившейся прекрасной незнакомки, пока, наконец, не отпустили, сделав какие-то пометки в своих талмудах.

Впрочем, этого Март уже не видел, поскольку у него страшно заболела голова и потемнело в глазах. Пришел в себя он только перед комиссией, когда с ужасом понял, что в голове у него пусто и ничего положительного ответить он разом растерявшим свою доброту старцам не может.

– Эх, молодой человек, молодой человек, – хмыкнул самый старый и отвратительный из них. – Ступайте уж, хватит позориться.

– Как же все-таки упал уровень образования в стране, если с таким багажом приходят в МАИ! – поддакнул второй и осуждающе посмотрел на нечестивца, осмелившегося вторгнуться в святая святых авиации.

Узнать результаты экзаменов Март пришел с отчаянной надеждой хотя бы еще раз увидеть прекрасную незнакомку и, может быть, даже попытаться с ней заговорить. Она и вправду пришла, но, к несчастью, не одна, а с каким-то парнем, по виду мажором. Бесцеремонно растолкав всех перед объявлением, девушка нашла в длинном списке свою фамилию и с победным видом обернулась к своему спутнику.

– Я же говорила!

– Ну и умничка, – хмыкнул тот, по-хозяйски обхватывая ее за талию.

После этого, никого не стесняясь, они поцеловались и вышли из вестибюля, направившись на стоянку, где их поджидала роскошная иномарка, оставив несчастного Марта с разбитым сердцем и неосуществленными надеждами.

Совсем недавно ему казалось, что перед ним открыто множество дорог, но теперь осталась только одна – в наши славные вооруженные силы. То есть именно туда, куда ему особенно не хотелось. Впрочем, кое-какие положительные моменты все-таки имелись. Во-первых, Вениамин наконец-таки осознал, что у него действительно есть дар, которым можно и нужно пользоваться. Во-вторых, что таинственные силы необходимо расходовать экономно, иначе подобного фиаско не избежать. Ну и в-третьих, по порядку, но не по значению, хоть и с некоторым опозданием, наконец-то пришло понимание, что все зло в мире происходит исключительно от женщин.

Медкомиссия запомнилась суетливой толкотней и раздраженными врачами, старающимися как можно быстрее покончить со всей этой докукой. Будь обстановка поспокойнее, можно было бы попробовать воздействовать на людей в давно не стиранных белых халатах, но происходящий вокруг бедлам совершенно к этому не располагал.

Впрочем, вскоре представился другой случай. На сборном пункте, где Март и другие призывники находились перед отправкой в учебные центры, неоднократно появлялись «покупатели» из самых разных родов войск. Моряки, танкисты, связисты и представители прочих военных специальностей. Был даже один невообразимо огромный майор из внутренних войск в краповом берете и с таким же цветом лица. Глядя на этого мордоворота со сломанным носом, самые отчаянные нарушители дисциплины сразу ежились и старались не отсвечивать.

Был среди этих офицеров и один расслабленного вида капитан с неожиданно цепким взглядом. Судя по эмблемам, принадлежал он к царице полей и поначалу никакого интереса у будущих защитников отечества не вызвал. Общался с призывниками запросто, но без панибратства. Много шутил. Если просили сигаретку, не отказывал.

«Точно снабженец какой-то», – подумал Март, вспомнив одного из сослуживцев отца с такими же повадками.

Поговорку о том, что надо держаться подальше от начальства и поближе к кухне, Вениамин, как и всякий мальчишка, выросший в военных городках, знал очень хорошо. «Попробовать, что ли?» – мелькнула у него мысль.